Роман Бабаян всегда говорит спокойно, не повышает голоса, не давит на участников. Его лицо не выражает особых эмоций, разве что лёгкая ирония иногда проскальзывает, в случае если гость позволяет себе уж совсем беспардонные заявления или искажает истину. Ведущий, как порой кажется, даже не старается направлять обсуждение в какую-то определённую сторону или переводить в нужную плоскость. Кажется, но это не значит, что течение беседы пущено на самотёк. Просто он действует тоньше, грамотнее и непринуждённо модерирует ход беседы, подобно героине «Войны и мира» Анне Павловне Шерер, своевременно подкручивавшей веретена светского раута. Как достигается этот результат?
Все мы по школе знаем, что у одних учителей ученики на уроках балбесничают и хулиганят, у других робеют и сидят тише воды ниже травы, а третьих слушают с вниманием и пониманием. По-видимому, это врождённый талант – педагогический, психологический, человеческий.
У Романа Бабаяна он проявился довольно рано. Несмотря на относительно молодой возраст (ему ещё нет 50), он успел послужить в армии (в Венгрии), освоить радиотехнические специальности, поработать в «Вестях», на ОРТ, на «Третьем канале». С 2010 года ведёт «Право голоса». В рамках своей журналистской работы побывал во многих горячих точках: прошёл Афганистан, Боснию, Грузию, Ингушетию, Ирак, Косово, Приднестровье, Северную и Южную Осетию, Чечню и т.д. Одно перечисление этих географических названий отвечает на возможный вопрос: что даёт ведущему право высказываться по широкому кругу международных вопросов.
В 2000-м Роман Георгиевич Бабаян был награждён медалью «За участие в миротворческой операции НАТО в Косове» (ну это, как говаривал Пушкин, похвала небольшая, а вот то, что в 1994 году он заслужил орден «За личное мужество», дорогого стоит). В любом случае видно, что своей репортёрской биографией Бабаян вполне заслужил прерогативу поправлять, останавливать и даже ставить на место особо зарвавшихся ораторов. Впрочем, и это телеведущий делает деликатно, но твёрдо.
Сейчас, когда обстановка в стране и в мире немного стабилизировалась (надолго ли?), можно видеть, что и сам Бабаян, и приглашаемые в студию гости успокоились, страсти улеглись, конфликты между идеологическими противниками урегулировались (самые ярые спорщики снизили градус своих страстных речей). Но ещё полгода назад можно было видеть, какого напряжения требует от ведущего исполнение непростых обязанностей, как он морально утомлён, как просто физически устал.
Однако, несмотря на красные от бесконечного просмотра мониторов, студийных софитов и бесконечной череды эфиров глаза, он не терял ни бодрости духа, ни чёткости мысли, ни самообладания. Мы ждём от телеперсон ровного отношения к предмету разговора и полной объективности. Но ведь они такие же люди, как и мы, ничто человеческое, слишком человеческое, им не чуждо. И ему, как бакинскому армянину и патриоту России, наверняка нелегко абстрагироваться от проблем, связанных с Арменией, Турцией, Нагорным Карабахом. Но он справляется и, в отличие от того же Петра Толстого, не нуждается в поддержке со стороны Екатерины Стриженовой или Александра Гордона и даже рекламные паузы объявляет самостоятельно.
Ток-шоу Романа Бабаяна по качеству не уступают аналогам с первых кнопок и выглядят предпочтительнее, чем выпуски того же канала «Право знать», которые ведёт его коллега Дмитрий Куликов. Тот, будучи ярким оратором, пока убедительнее смотрится в роли участника беседы, чем на месте ведущего, и это понятно: тут другая мера ответственности и свободы высказывания. Но, очевидно, мастерство приходит с опытом.
В сотый раз приходится посетовать на то, что большинство передач данного формата слабо используют возможности визуализации темы, а ведь «говорящие головы» при всей их выразительности утомляют зрителей, создают эффект однообразия. Нет сомнения в том, что короткие ролики, фотографии, картинки, карикатуры и прочее заметно оживили бы восприятие проблемы. Это, кстати, хорошо понимает Михаил Леонтьев, регулярно и по делу вкрапляющий в свои сюжеты фрагменты из кино и мультфильмов. Вряд ли «Право голоса» – лицензионная программа, и её режиссёрам стоит подумать о расширении средств экранной выразительности. И тогда право голоса, которое, по словам Бабаяна, есть у каждого, реализуется ещё отчётливее.