Олег Севрюков. Вольный пересказ. Поучения неизвестного автора. – М.: У Никитских ворот, 2021. – 32 с.
Открываешь книгу Олега Севрюкова – и с первых страниц окунаешься, как в реку, в необыкновенную атмосферу Поднебесной.
Текст погружает читателя в китайскую эпоху «Сражающихся царств» (Чжаньго), то есть примерно в V–III столетия до нашей эры. Поначалу о борьбе нет и речи: напротив, интонации автора столь спокойны, что чувствуешь себя так, будто прогуливаешься по незнакомой, но притягательной стране, осматривая каждый кустик, каждое деревце. Невозможно не обратить внимания на уникальное оформление книги. Благодаря иллюстрациям художника Г. Гурова она напоминает карту местности, усыпанную, как стол хлебными крошками, узнаваемыми символами восточного мира, такими как значок «инь-ян», фонарики, драконы, черепахи и характерные элементы пейзажа.
И рисунки, и сам текст столь метафоричны и поэтичны, что сперва это немного сбивает с толку. Кажется, перед нами сборник восточной пейзажной лирики. Чего стоят такие образы, как «полотно дороги», «Солнце, лучезарное светило», или ритм фраз: «Случилось мне идти на службу как-то старинным парком…», «Я шёл дорогой ровной по аллее.».
Впрочем, в литературе Китая заложена поэтичность, и это свойство сближает китайскую культуру с русской. Может быть, в том числе в силу этого «Вольный пересказ» Олега Севрюкова органично вплетается в канву российской действительности. В частности, не нова для отечественного читателя тема чиновничьего произвола – об этом писали, к примеру, Фонвизин и Салтыков-Щедрин.
Тот же вопрос поднимает в своей книге и Севрюков. Если рассматривать сюжет как философско-мифологическую концепцию, то в её центре – мысль о том, что власть даётся людям свыше не с целью личного обогащения, осуществления собственных интересов и целей, а для укрепления государства. На деле же нередко выходит ровно наоборот.
...На гибель государство,
что вану* вручено для управленья,
свершенья самых
высших начертаний,
чиновничья расползшаяся вошь,
сосущая его без перерыва,
столь быстро же
к паденью приведёт,
смуту и горе
принеся народу,
что глазом Он
моргнуть и не успеет!..
И далее:
…поскольку умаление других
в сравнении с собой
есть отрицанье
природы Человека на Земле!
Подобно тому как из маленького зёрнышка пробивается на поверхность зелёный побег, из мысли о безразличии чиновничества произрастает стройная философская система. В ней сталкиваются между собой инь и ян, свет и тьма, земное и небесное, человек и природа.
Власть человека над своими подданными сравнивается с властью над миром небесного светила – Солнца. Оно «подобно доблестному вану, / что, высшим даром Неба / облечённый, / старается нас всех, / ему подвластных, / усердно обогреть и обласкать». Это – высокий образец, достойный подражания. Однако в земном мире не всегда удаётся ему соответствовать.
Тема противоборства возникает не внезапно, а зреет, как нарыв, и проливается на страницы повествования, словно йод из опрокинутой склянки: «Но если Солнце – это свет, то тени есть порожденье Солнца?»
Из маленького затемнения вырастает гигантское отвратительное пятно, уродующее человечество.
Но подобно тому как в споре рождается истина, на страницах произведения формируется решение, способное исцелить пороки человеческого общества. Чудодейственным эликсиром может стать лишь выбор жить в согласии с природой, не нарушая её законов и действуя во благо людей.
Не случаен эпиграф к книге (из «Завещания юному правителю царства Шу» Чжугэ Ляна): «Ничтожнейше прошу правителя очищать своё сердце, умерять свои желания, сдерживать себя и любить простых людей, сохранять почтительность к прежнему правителю, распространять гуманность в государстве, выдвигать честных людей, дабы мудрые и справедливые могли занимать государственные должности, и избавляться от предателей и клеветников, дабы нравы людей улучшались».
Остаётся добавить, что книга определена как вольный пересказ поучения неизвестного автора. Такая форма делает интонацию произведения ещё более доверительной и сближает его с народной традицией.
Юлия Скрылёва
* Ван – титул правителей государств и княжеств в Китае и Корее в древности и Средние века.
Скрылёва Юлия