У нас была интеллигенция…

Посмотрел несколько наших фильмов. Порой что-то блеснёт. А вот телевизионные ток-шоу – конвейерная продукция, которой всё злее противостоит диссидентский интернет.

Вспоминается предперестроечное время – канун краха государства. Тогда интеллигенция решала задачу осмысления и общественной критики, а литература в той или иной мере была инакомыслящей. Особенно «деревенская проза» (В. Белов, Б. Можаев, В. Крупин, В. Шукшин, В. Астафьев, С. Залыгин). Она заявила, например, о катастрофическом положении русского деревенского населения, которое понесло невосполнимые потери от коллективизации, войны и всяких «преобразований». Сфера культуры и идеология словно раскололись.

Интеллигенция была разделена на «почвенников» и «западников», которые отличались по взглядам, но были критически настроены. В политруководстве СССР к «западникам» относились теплее, привлекая для контактов с интеллигенцией «свободного мира». «Почвенники» тут были почти бесполезны. КГБ и лично Андропов настороженно относились к ним, называя «русистами» и считая, что их критика несёт опасность консолидации русского населения и ослабления многонационального государства.

Раскол среди интеллигенции подрывал сакральные устои СССР. Каждая из сторон считала себя хранителем государственной «чаши Грааля». Так, стихотворение Станислава Куняева «Размышления на старом Арбате» дышит отрицанием революционного прошлого и оставляет впечатление идейного краха общества.

Где вы, несчастные дети Арбата?

Кто виноват? Или Что виновато?..

Жили на дачах и в особняках –

Только обжили дворянскую мебель:

Время сломалось, и канули в небыль...

Как объяснить? Не умею никак...

Всё начиналось с детей Николая...

Что бормотали они, умирая

В смрадном подвале? Всё те же слова,

Что и несчастные дети Арбата...

Что нам считаться! Судьба виновата.

Не за что, а воздаётся сполна...

Когда в 1972-м А. Яковлев (будущий архитектор перестройки) опубликовал в «ЛГ» статью «Против антиисторизма», где громил писателей-почвенников с позиций коммунистической идеологии и интернационализма, он выполнял заказ либеральной части политруководства. Статья вызвала резкую реакцию оппонентов. М. Шолохов написал Брежневу, защищая русскую культуру от нападок «интернационалиста» Яковлева. Того из аппарата ЦК убрали, «сослали» послом в Канаду. Однако дело было в другом.

Вот как оценивал обстановку сотрудник ЦК КПСС Анатолий Черняев: «Идеология всё более явно становилась жертвой безвыходного экономического застоя. В качестве квазирелигии внутри она была мертва. Никто не верил в её догмы, сверху донизу... Знаменитая формула Энрико Берлингуэра – «импульс Октябрьской революции иссяк» – точно отражала ситуацию... В аппаратах власти образовался круг людей, которые, соблюдая «правила игры» и смыкаясь с наиболее просвещённой и вольнодумной частью учёных в гуманитарных институтах Академии наук, в редакциях газет и журналов, всё больше проникались чувством собственной ответственности за страну... Именно в это время в их среде исподволь начало формироваться ядро кадров будущей перестройки».

Понимал ли суть изменений Куняев или просто уловил раскол в глубине советского общества, но факт неоспорим: гранитная основа треснула. Смотрю современные фильмы и вижу: их авторам нечего сказать обществу. Задаваясь вопросом о нынешней роли интеллигенции, умолкаю в задумчивости.