После того как в Пекине завершил работу XIX съезд КПК, где констатировали выдающиеся успехи и намечали впечатляющие перспективы, у нас возобновились разговоры, что китайский путь – наш упущенный шанс. Вот реформировались бы в своё время так же – глядишь, оказались бы в более завидном, чем сейчас, положении. Когда-то Китай называл нас «старшим братом», а теперь нам надо у него учиться.
А не поучиться ли… у себя? Было время, советская экономика росла на 19% в год, в то время как китайский рост, которым восхищаемся, никогда не превышал 10%, а теперь замедлился. Почему же не вспоминаем о советском экономическом чуде и не изучаем его? Кстати, китайцы очень даже изучают: целые институты заняты исследованием нашего опыта – и триумфов, и провалов.
Как именно была устроена наша экономика, давшая такой взлёт, как управлялась, какие были стимулы для трудящихся? Такой, например, вопрос: какое место занимали в народном хозяйстве производственные артели – явно не государственные предприятия? Что из этого опыта можно воспроизвести сегодня? Почему тогда пресловутые инновации удавались? На часть подобных вопросов ответил С. Кара-Мурза, есть небольшая книжка В. Катасонова «Экономика Сталина», а систематическое объективное исследование без хвалы и хулы не ведётся. А надо бы!
Психологи, помогающие клиентам достичь делового успеха, говорят: в первую очередь вспомните о своём прошлом удачном опыте и поймите, что вас – лично вас! – привело к удаче: какие шаги, действия, какие свойства вашего характера. У народа тоже есть свой характер; очень возможно, он и есть главный элемент успеха. Потому к нему надо идти своим путём. В старину это понимали. Alter ego Льва Толстого Константин Левин пишет сочинение о сельском хозяйстве, где в основу кладёт не почву, не климат, а – характер труженика, его специфическую мотивацию, как сказали бы сегодня.
Китайцев повторить не получится, хотя бы потому, что у нас на старте реформ не было (и нет сегодня) народных масс, готовых работать за очень малые деньги без гарантий и социальных благ. Мы привыкли к высокому уровню соцзащиты, к пенсиям, пособиям. Воспитаны в представлении, что работа должна быть «интересной», а не абы какой; наш человек не любит монотонщины. К тому же у нас среди людей 25–64 лет 54% имеют высшее образование и соответствующие претензии. Нет и того молодого голодного народа, который был в Китае в начале реформ (сейчас этот ресурс, похоже, исчерпывается).
Что мотивирует нашего труженика? Мне кажется, общее дело. Наш человек предпочитает работать на благо своей страны, делать что-то осмысленное. Работать на государство ему приятнее, чем на частника. Работать на себя, чем завлекали перестроечные витии, – далеко не все хотят и могут. Однажды на конференции в МГУ я услышала результат соцопроса. Оказывается, особо мотивирующий фактор – работа на армию: яркий образец общего дела. Важные ценности – стабильность рабочего места, трудовой коллектив. Отсюда и стоит плясать.
Так что же – не надо учиться у китайцев? Надо. Планированию народного хозяйства. Твёрдой, общей для всех идеологии. Уважению к своему историческому прошлому и к своим вождям. Мы же раз за разом вымарываем страницы из истории, как первоклассник вырывает из тетрадки криво написанную страницу.
Сегодня на пятки Китаю наступает Индия: её темпы роста впервые выше китайских (7,2 против 6,5). Любопытно, что в отличие от Китая там – демократия западного типа. Иностранные эксперты подсчитывают, когда Индия станет третьей и даже второй экономической державой. Мы это плохо замечаем. Потом опять будем охать об упущенных шансах?
Место работы/Должность: предприниматель и публицист
Воеводина Татьяна Владимировна родилась в г. Коломне Московской области. Окончила Московский институт иностранных языков по специальности «переводчик» и Московскую государственную юридическую академию со спе... Подробнее об авторе