Ушла эпоха

Первое чувство, возникшее от известия о смерти Егора Кузьмича Лигачёва – да как он мог? Не может быть такого! Лигачёв, отметивший в ноябре прошлого года вековой юбилей, олицетворял нераспавшуюся связь времён, казался символом вечности.

Совсем недавно знакомый журналист пытался связаться с Егором Кузьмичом, чтобы записать интервью, и, услышав от родственников, мол, Лигачёв плохо себя чувствует, не поверил: чтобы Кузьмич, да занемог?

Последний раз мне довелось увидеть Егора Кузьмича в прошлом году, ещё до начала пандемии. В спешке я на полном ходу, можно сказать, врезалась в Лигачёва рядом с Госдумой, куда он, давно уже оставивший депутатский мандат, до последнего времени ходил как на работу – давал советы, консультировал, участвовал в совещаниях. Ещё порадовалась тогда – выглядел бодрым, энергичным, деловитым, с неизменной густой белоснежной шевелюрой.

Единственный член советского Политбюро, перешагнувший 100-летний рубеж, сегодня Лигачёв удостоен самых тёплых и проникновенных некрологов даже в тех СМИ, которые тридцать лет назад его травили и клеймили, а двадцать лет назад высмеивали, мол, мастодонт, рудимент советского прошлого… Смешно сегодня читать ура-патриотов о «соучастии Лигачёва в развале страны». Так же, как смешно и горько раньше было читать в перестроечной прессе о том, как «кузьмичи тянут страну назад». При наличии в руководстве страны Горбачёва и Яковлева повесить на Лигачёва ярлык разрушителя – это надо было постараться. Впрочем, сегодня мы всё знаем про технологии оболванивания, манипуляции сознанием, отвлечение общественного внимания на ложный объект. Всё это обкатывалось в своё время, в том числе и на фигуре Лигачёва, которого яковлевская пропаганда назначила виновным за всё и методично вываливала этот бред на деморализованного, потерявшего ориентацию советского гражданина.

Парадокс и горькая ирония судьбы в том, что символом консерватизма и замшелости пропаганде удалось сделать человека, который поднялся из низов до высшего руководства страны именно благодаря тому, что на всех постах был мотором модернизации, обновления. Бытовало такое выражение – «начни перестройку с себя». Лигачёв был истинным перестройщиком, если понимать перестройку не в ложном, вульгарном смысле, когда официальная пропаганда прикрывала демонтаж социализма и целенаправленное разрушение советского государства. Не случайно во время руководства Томской областью он был признан лучшим региональным руководителем Европы. И уже в начале нулевых жители Томска, сохранившие добрую память о работе Лигачёва, избирают его, оболганного, обвинённого во всех смертных грехах, регулярно высмеиваемого прессой, депутатом Государственной Думы по одномандатному округу. Это ли не лучшее свидетельство, что людская память, стряхнув перестроечно-либеральный морок, хранит главное, то, что невозможно заболтать и опошлить?

Сегодня мало кто знает, что в 1948 году, в разгар сталинского социализма, молодой Егор Лигачёв был снят с поста руководителя новосибирской областной комсомольской организации….. «за троцкизм». «Троцкизм» выражался в том, что он предложил создавать на стройках, на предприятиях молодежные производственные бригады, что позволило бы дать возможность молодёжи больше зарабатывать. Именно принцип материального стимулирования через полвека ляжет в основу перестроечных партийных манифестов. То, что страна в условиях всеобщего упадка 80-х обеспечить была не в состоянии, вполне могла осуществить находящаяся в зените экономического расцвета. Другими словами, Лигачёв за полвека до шаталиных, шмелёвых и абалкиных предлагал положить принцип материального стимулирования в основу социалистической экономики.

Одно простое перечисление построенного Лигачёвым за 18 лет руководства Томской областью вызывает сегодня изумление. Именно благодаря его настойчивости и пробивному характеру осенью 1967-го в областном центре заработала первая троллейбусная линия. Именно Лигачёв развёрнул в области нефтедобывающую промышленность, проложил нефтепровод Александровское – Анжеро-Судженск, запустил новые линии электропередач, основал новые города Стрежевой и Кедровый. Активно привлекал первый секретарь обкома Лигачёв в Томскую область вахтовиков – геологов, нефтяников и лесозаготовителей, многие из которых остались жить в обустроенных им посёлках. Построил Лигачёв Томский нефтехимический комбинат, речные порты, мосты через реки Обь и Томь, автомобильные и железные дороги, аэропорт Богашёво (ровно через полвека Егор Кузьмич, будучи человеком неимоверной скромности, которому всегда претила всякая бронза, откажется от того, чтобы построенный им аэропорт носил его имя). Будучи поборником технологических новшеств и модернизации, он создавал мощные предприятия с проектными институтами, с заводами по производству строительных материалов и конструкций. Не забывал и о социальных проблемах, – обеспечил Томск теплом и чистой водой, введя в эксплуатацию магистраль от Сибирского химического комбината и водопровод из подземных источников. Он строил школы, больницы, дома быта, переселял людей из бараков и подвалов в благоустроенное жильё. Именно при Лигачёве, как сейчас принято говорить, Томская область превратилась из дотационной в регион-донор.

Будучи разносторонне образованным человеком, Егор Кузьмич пёкся не только об экономике. Именно благодаря ему в Томске появились филиалы Академии Наук СССР и Академии медицинских наук СССР, открылся Дворец спорта, один из лучших в Союзе драматических театров, художественные и реставрационные мастерские. Восприимчивость Лигачёва к технологическому и производственному новаторству позволила ему добиться включения Томска в экспериментальный список из четырёх городов, где строились вычислительные центры коллективного пользования. Если положить всё это на одну чашу весов, а на другую – идиотские и лживые домыслы пропагандистской машины, как вы думаете, что перевесит?

Никаких сомнений не было в том, что категорически не принявший распада страны Лигачёв окажется в рядах коммунистической оппозиции. Будучи членом КПРФ, он смотрел на ситуацию внутри зюгановской партии трезво, из-за чего всё время находился на грани вылета из неё, невзирая ни на какие седины и былые заслуги. Сожалея о том, что не удалось достичь коммунистического единства, последние двадцать лет пытался играть роль модератора, посредника между разрозненными отрядами коммунистического движения. В очередной раз подтвердил репутацию человека порядочного и в высшей степени достойного, выступив категорическим оппонентом инициированного Зюгановым уничтожения наиболее крупных и дееспособных партийных отделений, жёстко осудил разгон московского и питерского городских комитетов КПРФ. До последних дней участвовал в оппозиционных делах, не соглашаясь на роль свадебного генерала и всегда стремясь оказать реальную помощь, дать добрый совет, предложить нестандартное решение.

Для нас он навсегда останется не только примером талантливого руководителя, но и образцом бессребреничества и скромности, так ярко контрастирующих с ненасытным стяжательством, эгоизмом и бессовестностью нынешней постсоветской «элиты». Символом ушедшей эпохи, переосмысление и переоценка которой предстоит всем нам. Вечная и светлая память вам, Егор Кузьмич Лигачёв.