23 февраля в Новом театре в 7 й раз сыграют спектакль «Во имя Отца…», созданный на основе переработанных и скомпилированных драматургом Алексеем Зензиновым эпистолярных отрывков и стихов донецкого поэта Анны Ревякиной.
В спектакле, на котором мне довелось побывать трижды, Анна предстаёт не в полной мере собой, она играет саму себя, и её актёрское дарование нисколько не теряется на фоне занятых в постановке талантливейших артистов Евдокии Германовой и Валентина Клементьева.
Не скрою, на премьерном показе я в напряжении следил за тем, как в присутствии и даже при участии Анны панегирически препарируется её творчество: уместны ли, скажем, авторский анализ поэмы «Шахтёрская дочь» или цитирование хвалебной рецензии Евгения Евтушенко? Столь ли необходима зрителю история о том, что у мальчика (первой любви главной героини) была паховая грыжа?
Однако спорные шероховатости, порождённые, пожалуй, стремлением к абсолютной искренности, были сглажены умным и ярким текстом «от автора», изобретательным драматургическим решением – рефреном, каждый раз обрастающим новыми подробностями видения, в котором отец главной героини работает у Бога гробовщиком. Но главное, конечно, – это поэтический материал с ошеломительной финальной точкой: стихотворением-диалогом между Путиным и Сталиным. Прочитан он в бронежилете и звучит после рассуждений о «кевларовом веке» поэзии, преемнике золотого и Серебряного.
Пытаясь разгадать, как Анне удаётся создавать затягивающую, «ауротичную» атмосферу, я пришёл к выводу, что секрет ревякинской вселенной заключается в том, что автор ни на секунду не позволяет саморефлексии трансформироваться в кокетство, а её безупречный, канителенный русский язык точечно и оправданно сдабривается сленговыми приправами. И таким образом в поэзии Ревякиной нет ни анахронизма, ни приевшегося постмодернистского треша.
А сама Анна – воплощённая в изящном существе идея скульптуры «Родина-мать зовёт!», где олицетворённая женственность обнаруживает в себе черты воительницы.
И будь я сейчас не в воюющем Донбассе, а в Москве, то не задумываясь отправился бы на спектакль «Во имя Отца…» в очередной раз, чтобы снова выйти в ревякинский открытый космос, озарённый негаснущими донецкими звёздами.
Матвей Раздельный, Донецк