Вне условностей

Спектакль Молодежного театра на Фонтанке «Глубокое синее море» венчал во всем своем премьерном блеске прошлый календарный год. Сейчас спектакль разогнался, и стал одним из любимых зрителями в обширном и прекрасном репертуаре театра. Рэттиган один из самых востребованных драматургов в Англии. В России он ставился и ставится, но афиши не пестрят его названиями. Конечно, режиссеру такого масштаба как Семен Спивак крайне интересно на этой территории, где в центре не прием, а человек во всей своей безнадежной сложности и нелогичности.

В кратком моем разговоре с Семеном Спиваком после спектакля я отметил, что пьеса Рэттигана не вполне привычна нашему зрителю. Она делится на акты лишь формально, это одно движение, одна линия, где любая полифония – это строжайшая арифметика, ничего произвольного, случайного или импровизационного. Такая театральная фуга, совершенная и строгая, да проститься мне некоторая вульгарность этого сравнения. Мой собеседник вспомнил в ответ смешной эпизод - правообладатели поставили условие: ни в коем случае не давать женские роли мужчинам и наоборот. Я полагаю, в этом не только прививка от не обоснованного эксперимента, это радение о том, чтобы не нарушалась естественность течения жизни на сцене. В этом драматическом материале почти отсутствуют театральные условности. Только сама жизнь с её вечным вопросом: почему так? И команда спектакля блестяще справляется с задачей перенести на сцену живых людей с их не театральными, а подлинными страданиями. Роли в спектакле, каждая с предельно жестким рисунком, выстроены как в музыкальной пьесе. Есть главная тема, и вокруг неё подголоски. Все связано в плотный клубок, никаких побочных особых линий. Все подчинено глобальным идеям: разобраться, отчего проходит любовь, и что важнее, страсть или жизнь.

Эмилия Спивак, исполнительница роли Хестер Коллер, проявила в этом спектакле все грани своего недюжинного таланта. Здесь и умение долго, без цезур держать напряжение, тонко варьируя его градус в зависимости от художественных задач, и невероятная пластичность, и великолепная танцевальная подготовка, и идеальное ансамблевое чутье. Сам характер героини крайне многоплановый, но все эти планы изначально слишком тесно в ней прижаты ментально друг к другу. Весь спектакль актриса их отделяет, выделяет, выводит на свет, и именно это позволяет ей в финале выбрать жизнь, а не смерть от газа, который она уже открыла. И мистер Миллер, персонаж загадочный, не центральный, но важнейший для движения сюжета, именно за эти пласты и зацепляется, когда отводит Хесс от губительного решения. Режиссёрски это кульминация выдержана в лучших традициях психологического театра. Петр Журавлев (мистер Миллер), играет неспешно, и в этой классической актерской повадке столько достоинства, что каждое его появление на сцене превращается в событие.

Спивак делает ставку не на драматизм ситуации, а выявляет внутренние причины психологических коллизий. В таком ключе решены роли бывшего мужа Хесс Уильяма ( Андрей Кузнецов) и нынешнего её спутника Фредди ( Александр Тихановский). Они не антагонистичны, есть всего лишь один эпизод, где они говорят нервно, на повышенных тонах, но он ни к чему не ведет. Эти два героя по замыслу постановщика - части души и жизни героини, и это делает спектакль очень женским, но в высоком, не истеричном или не дай бог феминистическом смысле слова. В итоге она находит в себе силы их обоих растворить в себе и выбрать между ними себя, свое будущее, при этом не делая их несчастными. Она - не вполне привычный для русской сцены персонаж, она не страдает красиво и классично, страдание здесь зло, зло - пассивность, зло - жить, когда знаешь, что любовь прошла. В какой-то степени это бунт, но не экзальтированный, бунт ради настоящей жизни и свободы, бунт против условностей, сознательный выбор жизни вне социума. В части диалогов мы это можем расшифровать. Не случайно театральных условностей в спектакле нет. Весь актерский ансамбль, и Алла Оддинг и Сергей Барабаш с Дарьей Вершининой, и Станислав Горелов идеально пристроены друг к другу. Они не так уж связаны по сюжету, но автор спектакля связывает их на уровне эмоций, жестов, одежды.

В спектре изящная сценография, неожиданно эффектно подобрана музыка. Она как будто стилистически из другого пласта, но тут выглядит органичным комментарием к внутреннему миру героини.

В «Глубокое синее море» погружаешься весь спектакль. И когда он завершается, понимаешь, что оно бездонно.