Я уже занёс пальцы над клавиатурой, но явилась ненакрашенная Марта в затрапезном халате, надетом поверх дырявых безразмерных джинсов. Марта заглянула в мою писанину и, дожевав орешек, сообщила:
– Ты же не ищешь новые формы!
– На себя погляди! – парировал я. – Сколько раз тебе говорил: ходи по дому голая, в чулках и туфельках. Так красиво.
– Перед тобой, что ль, выпендриваться? Нашёл дуру – в квартире туфельки ему… Пиши лучше!
Проводив её взглядом, я задумался. Она сказала «пиши лучше» в смысле «пиши более хорошо» или в смысле «лучше пиши, чем со мной говори»?..
Я скомкал лист и вложил в принтер полпачки новых. Заглянула Милена. Кажется, она опять была беременна. Милена обречённо глянула на меня и сказала высунувшейся из ванной Евдокии:
– Не ищет…
Бабы удалились. Через кабинет из двери спальни в дверь гостиной, сокращая путь по квартире, прошла моя нынешняя любимая под ручку со своим любовником. Она на ходу взъерошила мне ладошкой вихры на макушке и устало, печально доложила этому наглому козлу:
– Он у меня совсем не ищет новые формы.
Я выдвинул второй снизу ящик письменного стола, налил сто грамм коньячку, выпил. Вошла одна из тёщ и, шумно вдохнув, открыла рот, чтобы…
– Убью на месте! – своевременно и внятно предупредил я.
Тёща осторожно выдохнула и молча вышла.
Раздался топот, и ко мне из обеих дверей сбежались многочисленные дети – немножко сопливые и обкакавшиеся. Они принялись хором плакать – громко и, будто в кино, чуть-чуть фальшиво. Они теребили меня пухленькими пальчиками за рукава, за манжеты, за фалды, за нос, за уши, за давно опустевшие карманы и за кое-что ещё. Они плакали и голосили:
– Папа! Папа! Ну почему ты совсем не ищешь новые формы?!
Я всхлипнул, отодвинул «клаву» подальше от себя, усадил первую попавшуюся под руки девочку на столешницу и сделал ей козу. Она, глупенькая, счастливо засмеялась. Остальным дал из заначки по чупа-чупсу.
Дети с гомоном убежали, громко хлопнув дверьми.
Тогда я достал с книжной полки (лежит в тряпочке за рядком моих собственных томов – там надёжно, никто совершенно точно не притронется и ни с какого перепугу тут искать не будет) револьвер (совсем не мой, откуда взялся – не знаю, нашёл, подбросили, оставили прежние владельцы квартиры, только что его тут не было, это мистика какая-то, в глаза это оружие раньше не видел, гражданин начальник!!!).
Направил дуло себе в грудь и выстрелил в упор.
Но снова не попал.