– Ганна, как родилась идея соединить реальный мир маленького шахтёрского посёлка и фантасмагорию, которой щедро насыщен сюжет повести «Шахтёрская Глубокая»?
– Это мистическая история. Давным-давно, ещё до того, как перебраться в Facebook, я вела ЖЖ – вывешивала стихи и рассказы. И написала в блог несколько поселковых историй – о праздновании Дня шахтёра, о визите экстрасенса на шахту, о пикнике в лесу и о том, как коллеги хотели меня выдать замуж. В один момент мне стало очевидно, что это части одного целого, но как их объединить, на какой стержень нанизать, я пока не знала. И вот я поехала отдыхать в Крым, стала бродить вдоль моря и задавать Кара-Дагу вопросы (ему 150 миллионов лет, он всё знает). И не сразу, а уже в поезде, ночью, когда возвращалась домой, мне явился Шубин…
– Героиня повести во время пикника оступается, падает в заброшенный шурф и оказывается в подземном царстве – как Алиса у Льюиса Кэрролла. Там она встречает известного персонажа шахтёрского юмора Шубина, который живёт под землёй и помогает шахтёрам. Классический сказочный сюжет с подземным духом приобретает новое, «шахтёрское» звучание. Это целиком авторская находка или на Донбассе и правда существует некая шахтёрская мифология на тему встречи человека и подземного покровителя, которой вы вдохновлялись?
– Я знала только, что перед взрывами Шубин стуками и шуршаниями предупреждает шахтёров об опасности – вот и весь известный мне фольклор. Начиная работать над повестью, я прочитала об этом духе всё, что нашла в интернете. Новое «шахтёрское» звучание сочинила сама.
– Вашу повесть до выхода книги уже назвали готической сказкой про шахтёров, чуть ли не первой в мировой литературе. Вы согласны с таким определением?
– Не могу похвастаться знанием всей мировой литературы, поэтому доверюсь мнению эксперта.
– Повесть «Шахтёрская Глубокая» была номинирована на премию «Национальный бестселлер». Расскажите об отзывах читателей и критиков. Что порадовало, а что, может быть, расстроило?
– Ничего не расстраивало и всё радовало. Один из самых трогательных моментов – на моём поэтическом выступлении подошла незнакомая женщина и сказала: «Я начала читать вашу повесть, и она меня так захватила, что я не могла остановиться, пока не закончила». Для меня эти слова были подарком. Именно такого террористического эффекта я и добивалась – захват внимания.
– В повести дан женский взгляд на преимущественно мужской мир. Интересно, были ли отклики мужчин-шахтёров, может быть, ваших бывших знакомых по работе на шахте?
– Откликов мужчин-шахтёров пока не было. А вот мужчины-писатели отреагировали хорошо, особенно на эротические сцены.
– В книге, которая скоро выйдет в издательстве «Эксмо», помимо повести будут ещё рассказы. Они тоже на шахтёрскую тематику?
– Если «Шахтёрская Глубокая» написана до событий на Майдане, то эти рассказы – после. Когда началась война, я следила за новостями, пересматривала съёмки с мест событий, общалась через интернет с родственниками и знакомыми, узнавала новые повороты в судьбах людей. Однажды на YouTub смотрела ролик, снятый в посёлке, где прожила двадцать лет, и увидела несколько знакомых лиц в очереди за гуманитаркой. Цикл «Бугры» – это память прошлого, дополненная новыми впечатлениями, факты без оценочных суждений, как они есть, вернее, как я их вижу.
– Ганна, вы больше известны как поэт, но проза всегда расширяет творческие горизонты и возможности. Неслучайно часто поэты начинают писать прозу, а вот прозаики стихи – реже. Чем вы планируете порадовать читателей в ближайшем будущем?
– Пусть это будет моим маленьким секретом.
– Какие они, шахтёры, на взгляд писателя?
– Когда поднимаются из забоя – чёрные с ног до головы, роба пропитана угольной пылью, кажется, согнётся – ткань рассыплется. На голове каски с фонариками. Пыль не вымывается, остаётся в морщинах, трещинах, под ногтями и вокруг глаз. Если говорить о нраве – по отдельности разные, когда собираются вместе – говорливые, юморные. Сильные – попробуйте с отбойным молотком смену отпахать. Их мир интернационален, когда строились шахты, на заработки ехали со всего Союза, кого только ни встретишь на Донбассе – русских, украинцев, армян, грузин, эстонцев, латышей, казахов, евреев… А вот женщин-шахтёров не встречала – это воистину мужская профессия.
Беседовала Мария Ануфриева
«ЛГ»-досье
Ганна Шевченко пишет стихи, прозу. Родилась в городе Енакиево Донецкой области, Украина. По профессии – бухгалтер, финансовый менеджер.
Публиковалась в журналах «Арион», «Дружба народов», «Интерпоэзия», «Новая Юность», «Октябрь», «Сибирские огни» и других изданиях, а также в сборниках и антологиях поэзии и короткой прозы. Рассказы вошли в сборники ведущих издательств, включая «АСТ» и «Эксмо». Лауреат международного драматургического конкурса «Свободный театр», финалист поэтической премии «Московский счёт», повесть «Шахтёрская Глубокая» вошла в лонг-лист премии «Национальный бестселлер», лауреат премии Габо за переводные стихи (Великобритания). Автор книг «Подъёмные краны» (2009), «Домохозяйкин блюз» (2012), «Обитатель перекрёстка» (2015), «Форточка. Ветер» (2017).
Член Союза писателей Москвы.