Огромное, страшное, изобилующее спорными, подчас шокирующими моментами и сценами невероятной жестокости, «Оно» выделяется из прочей прозы Короля. Белый кит литературы ужасов манит режиссёров попытать удачи с экранизацией, но каждый раз оказывается слишком сложным и неподъёмным текстом для переложения в кинематографическую версию. Каждый раз режиссёр пасует перед наиболее острыми эпизодами, полностью удаляя их из ленты и одну за другой откидывая второстепенные сюжетные линии первоисточника, существенно упрощая его и делая менее выразительным.
Два года назад в прокат вышла первая часть дилогии «Оно» – спустя 27 лет с экранизации Томми Ли Уоллеса – магическая цифра книги, круговорот времени, связывающий прошлое и будущее в романе, а этой осенью клоун Пеннивайз вернулся в кинозалы, чтобы замкнуть мистический цикл. Несмотря на некоторую затянутость по сравнению с первой половиной, вторую часть, несомненно, ждёт судьба первой: финансовый успех, рекордные сборы для фильма ужасов, признание критиков и восторг напуганных до дрожи в коленках зрителей. Но увы, Андресу Мускетти удался лишь отличный хоррор, под которым оказалось погребено оригинальное произведение.
Главная проблема многих экранизаций Стивена Кинга в том, что даже когда сценарист и режиссёр отдают должное литературной основе, как это было в случае с «Оно», и привлекают автора к работе над сценарием, они пытаются сделать фильм ужасов. В то время как Кинг, словно ловкий фокусник, использует сверхъестественную составляющую романов, чтобы увлечь людей и заставить их прочитать остросоциальную драму. Стал бы бестселлером роман о каникулах школьников-изгоев из проблемных семей? Сомнительно. А если добавить жуткого, пожирающего детей неведомого монстра? Конечно, вот этого мы хотим, диких, безумных и кровавых ужасов, но выдуманных, ненастоящих! Дайте их нам, мистер Кинг! И Кинг дал. Два тома – один о взрослении группы подростков, второй об угольках детства, тлеющих в душах взрослых. И неведомого монстра не забыл, прихватив его прямиком из прозы Лавкрафта. Оно не типичный монстр из ассортимента привычных вампиров, призраков или оборотней. Его образ ближе к описываемым Лавкрафтом древним богам, безжалостным и чужеродным, представляющим собой зло иного порядка, нежели привычные нам сверхъестественные персонажи. Оно многолико и аморфно, всепроникающе и могущественно, безраздельно властвуя в своих охотничьих угодьях.
Вторая экранизация, как и первая, чрезмерно акцентируется именно на жутком чудище, забывая о том, что ребята и так живут в кошмаре полуразрушенных семей, в равной мере преследуемые как школьными хулиганами, так и страхами, заботливо привитыми родительской опекой, подчас деформированной и жестокой. Подростковый ад, который многие родители десятилетиями не хотели замечать, ад, только с появлением смартфонов с камерами начавший прорываться в родительскую реальность шокирующими видео, на фоне которых ужасы романов Кинга бледнеют. К сожалению, эта составляющая, болезненная, тяжёлая, но крайне важная, уходит на задний план, вытесняемая Пеннивайзом. И вот тут всё просто отлично – ужасы удались. Билл Скарсгард в жутком клоунском гриме может поспорить с Джеком Николсоном в «Сиянии» по градусу безумия и страха, привносимых на экран. Воплощение монстра безупречное, и в первой части, и во второй инстинктивно чувствуешь, что Оно питается не плотью своих жертв, а их испугом.
Однако один из главных посылов книги фильм всё же передаёт. Несмотря на обилие демонстрируемых ужасов, история семерых друзей на удивление добрая, как бы парадоксально это ни звучало. Это история о том, как друзья находят друг друга, о взаимовыручке, о правильном нравственном выборе, но главное, это история о победе дружбы над злом. Победа не силы супергероев, не коварства супершпионов и не колдовства мудрого волшебника. Зло повержено детской дружбой. А такое дорогого стоит.
Николай Трябин