Григорий Сибирцев
Начну с увиденного своими глазами – как по главной, Ленинской, улице Владивостока (моего родного города) понуро идут колонной измождённого вида японские военнопленные. Картинка накрепко засела в памяти, а вот дату точно не припомню, где-то в 1953–1955 годах…
Как это контрастировало с шествием японских интервентов по этой же улице (тогда она называлась Светланской) в апреле 1918 года. Тогда по брусчатке с надменными лицами чеканили шаг без пяти минут, как им казалось, хозяева нашей Дальневосточной земли. Но ни тогда, ни четверть века спустя милитаристской Японии не удалось осуществить планы по захвату советского Дальнего Востока и Китая. В первую очередь благодаря разгрому Советским Союзом Квантунской армии.
Совсем недавно в Китае широко отмечалось 80-летие окончания Второй мировой войны, победа над Японией. Так ярко и торжественно эту дату ещё не праздновали. Да и вообще, по разным причинам победа над Японией не вошла в нашу историческую память так, как того заслуживает. А вспомнить о некоторых важных обстоятельствах истории 80-летней давности стоит. Ещё и потому, что многое из прошлого актуально сегодня. Параллели напрашиваются.
В августе 1945 года в Маньчжурии, что на северо-востоке Китая, десантом Красной армии был захвачен в плен Пу И – правитель (император) Маньчжоу-Го. Ему не удалось сбежать в Японию вместе со своими кураторами. Тот день Пу И описал в своей книге воспоминаний «Последний император». Наши бойцы в одночасье изменили амплуа карманного императора на статус военнопленного, в плен также попала его свита, сопровождавшие японские генералы Есиоку и Хасимото. Сыну Неба не помогли ни самураи-телохранители, ни миллионная Квантунская армия, ни даже Небо.
В 1931 году японские милитаристы, оккупировавшие значительную территорию Китая, провозгласили на его северо-востоке марионеточное государство Маньчжоу-Го и посадили на трон Пу И, последнего императора последней китайской – Цинской – династии, свергнутого Синьхайской революцией в 1911 году. Токийские кукловоды марионеточного императора марионеточного государства, созданного на границе с советским Дальним Востоком, преследовали цель подготовить военный плацдарм для нападения на Советский Союз. Создавался таран для нанесения СССР стратегического поражения с последующим расчленением на несколько карманных квазигосударств – наподобие Маньчжоу-Го. Именно с этой геостратегической задачей в Маньчжурии и расквартировалась оккупационная японская Квантунская армия в миллион с лишним штыков. В планах милитаристской Японии было также раздробить на пять государств-протекторатов и сам огромный Китай. Японские генералы уже считали себя без пяти минут триумфаторами, уже рисовали в своём воображении картину покорённой ими страны от Тихого океана до Уральских гор…
В годы правления императора Хирохито, после революции Мэйдзи (в конце XIX века), Япония отказалась от политики самозаточения, добровольной изоляции от внешнего мира и сделала другой крен – в сторону экспансии, захватнической геостратегии. На карте возникла военная держава с амбициями и территориальными претензиями к соседям. Китай стал одной из первых жертв ставшей на ноги Японии с её растущими захватническими аппетитами. На исходе XIX столетия оккупация японцами китайского острова Тайвань, а чуть позже победа в войне с Россией лишь распалили захватнические претензии Страны восходящего солнца. И уже в первые десятилетия ХХ века она взялась за насаждение по-японски понимаемого «сопроцветания» в материковом Китае. Там хозяйничала оккупационная Квантунская армия, принёсшая китайскому народу эксплуатацию, унижение национального достоинства и геноцид. Ужасающим примером трагедии стала учинённая солдатами императорской армии кровавая Нанкинская резня. В декабре 1937 – январе 1938 годов во время взятия Нанкина, в то время столицы Китайской Республики, было зверски убито до полумиллиона мирных жителей и разоружённых солдат республиканской армии. Кроме убийств – бесчисленные жертвы изнасилований, мародёрство, варварское глумление над гражданским населением….
По сути, незримыми соучастниками этих преступлений можно назвать и страны Старого Света, Великобританию, США. Именно они удовлетворяли запросы военно-промышленного комплекса Японии, вставшей на рельсы милитаризма. Как отмечала китайская печать, «японцы убивали китайцев американским оружием».
Не рождает ли это прямые ассоциации с сегодняшней Украиной, где в ходе прокси-войны англосаксы и иже с ними руками украинцев убивают украинцев и россиян опять же в первую очередь американским оружием?
Перекличка времён – событий в тогдашнем Китае и в сегодняшней Украине – кажется очевидной. Порой даже складывается впечатление, что Киев подражает Токио того времени и его политике в Китае 30–40 х годов ХХ столетия. Вот ряд маркеров: марионеточное государство Маньчжоу-Го, «карманный» верховный правитель/император, военный плацдарм для нападения на Советский Союз, геноцид местного населения – как титульной нации (хань), так и меньшинств (корейцы, русские, удэгейцы, орочи, тазы и другие), расовая дискриминация, ущемление прав населения по религиозному признаку, насаждение японского языка и японской религии – синтоизма, противозаконная военно-биологическая деятельность «отряда 731», биооружие, наркоторговля.
Если всмотреться, то и политический типаж Пу И и Зеленского сходен. Оба – марионеточные главы марионеточных государств, перед которыми была поставлена сверхзадача взять на абордаж Россию и нанести ей поражение. Тщеславие, самолюбование, нарциссизм Зеленского. Те же характеристики вполне можно использовать и для Пу И…
Однако есть и различия. Пу И, оказавшись в плену (сначала в СССР, потом на «перековке» в коммунистическом Китае), свою вину осознал (или, во всяком случае, сделал всё, чтобы это доказать). Он писал покаянные письма Сталину, его, говорят, даже мучило чувство вины. Возможно, он, живя в изолированной японской золотой клетке, действительно не знал о масштабах трагедии, которую пережил китайский народ под его «владычеством» в Маньчжурии. По личному указанию Мао в 1959 году Пу И освободили. Остаток дней он жил, можно сказать, жизнью обычного китайца, оставив этот бренный мир в 1967-м в возрасте шестидесяти с небольшим лет.
Зеленского вряд ли ждёт такое благостное (для военного преступника) будущее. И, что точно, глава киевского режима прекрасно осведомлён о масштабах трагедии, прямым виновником которой он является.