Есть такая поговорка, следование которой обеспечивает более или менее честную карточную игру, – «следите за руками». И Москва, и Пекин сегодня вынуждены «следить за руками» Запада, наметившего Китай своим главным противником.
В США не устают повторять, что Пекин кому-то «бросает вызов», – правда, не уточняют, в чём состоит этот «вызов». Да, Китай стремится стать сверхдержавой де-юре, хотя де-факто это уже сверхдержава. И в Пекине понимают, что этот путь может быть гораздо комфортнее, проще и безопаснее, если центров силы будет не два, а несколько и одним из таких центров станет сильная Россия, в сотрудничестве с которой заинтересован Китай, отразивший этот национальный интерес в своей новой внешнеполитической доктрине.
На Западе обеспокоены сближением России и Китая. В штыки восприняты даже мирные инициативы Пекина по Украине – мол, они «неправильные». Так Вашингтон пытается сохранить своё положение гегемона, когда только США решают, где будет мир, война или революция, и могут определять, что – «законная смена правительства», а что – «вмешательство во внутренние дела». Это диктует Пекину необходимость отстаивания своего суверенитета не только во внутренней политике, но и на международной арене, в качестве ещё одного мирового центра силы. Поэтому КНР не только не осуждает Россию, как того требует Вашингтон, но и отказывается говорить на языке Запада, не признавая «агрессию России».
Сразу по приезде в Москву 20 марта руководитель КНР подчеркнул, что сознательно выбрал для своей первой поездки нашу страну. Лидер КНР выразил уверенность в поддержке россиянами Путина – а это уже прозрачный намёк на то, что Пекин хотел бы и дальше иметь дело с нынешним Президентом России. До этого китайцы воздерживались от подобных заявлений, опасаясь жёсткой конфронтации с Западом.
Итак, Китай начал новую эру в своей политике. Но китайцам было важно убедиться в том, что Россия не подведёт. Увы, грех предательства, совершённого советской элитой, до сих пор сказывается, когда какие-то страны или политические силы оценивают перспективы сотрудничества с нами. Сегодня китайцы убедились: Россия готова до конца отстаивать свой суверенитет. Эта убеждённость и позволила Пекину пойти на сближение с Москвой, ужесточив свою политику по отношению к Вашингтону.
Реален ли военный союз Москвы и Пекина? Заключение подобного союза изменило бы ход человеческой истории. В Вашингтоне наконец поняли бы бесперспективность попыток военного, политического или любого другого сокрушения России и КНР. Это заставило бы Запад сесть за стол переговоров, согласиться с идеей многополярного мира, с возвращением человечества к традициям XVII–XVIII веков, когда международная политика основывалась на нескольких центрах силы. Фактор ядерного оружия только подкрепил бы эту конструкцию. А как будут складываться отношения Москвы и Пекина в обозримом будущем и как это отразится на мировом политическом климате, поживём – увидим.
Николай Стариков,
историк, писатель