Поверин

– Можешь меня поздравить, – сказал он, растянув рот до ушей. – Я придумал новое лекарство – «Поверин-форте».

– Будет с тебя, алхимик! – подначил я его с ухмылкой.

Однако Хикмет меня поправил с серьёзным видом:

– Не алхимик, а нанохимик! Значение моего открытия трудно переоценить. Граждане России, поверь мне, будут пить его горстями.

– Ну ты скажешь!

– Не веришь? Вот для таких, как ты, особенно нужен мой поверин. – И тут Хикмет неожиданно выпалил: – А давай испытаем! На тебе.

Мы пошли с ним во Дворец культуры, где проходила встреча с кандидатами в депутаты. Смотрю, на трибуне – сам Никодим Посылаевич.

– Я живу и работаю для народа. По моему личному указанию расширены узкие улицы, сужены широкие тротуары. Автовладельцы нарадоваться не могут…

И вдруг сидевший впереди нас бабай с седыми усами громко закричал:

– Ещё бы! У тебя же и у жены, и у детей – у каждого по три машины.

Никодим Посылаевич на секунду замер, но тут же продолжил:

– Да, сейчас жизнь народа круто изменилась в лучшую сторону, растут пенсии, зарплаты. Всё это подталкивает нас к открытию новых супермаркетов. Скоро начнём строить недорогие квартиры улучшенного качества. Именно для этого я и хочу стать депутатом.

Ну, думаю, наворовался начальник – хочет теперь пересесть в безопасное кресло. Как можно доверять такому?!

Глядя на моё кислое лицо, Хикмет протянул мне таблетку. Проглотил я её, и тут же… вы не поверите, я начал верить каждому услышанному слову.

– Ну как? – спрашивает Хикмет.

– Прекрасная кандидатура! – отвечаю. – Лучше не бывает!

К трибуне подошёл следующий кандидат – Алтынбай, первый богатей города. В смутные времена он хорошо нажился на «чёрном золоте». Все знают, что Алтынбай сказачно богат и несказанно жаден.

– Если вы изберёте меня депутатом, – прогудел он, – я разверну широкую благотворительную деятельность. Обещаю на свои деньги построить детсад, отремонтировать школу, помогу молодёжи, ну, типа… с жильём, а старшему поколению подарю путёвки в дома отдыха.

Вот, думаю, молодец! Меценат. Хоть и вор, но готов поделиться.

Однако даже такая щедрая программа не понравилась белоусому бабаю.

– Ага, жди! Держи карман! – заворчал он.

Как-то спонтанно появилось у меня чувство негодования к этому недовольному всем старику.

– А ты не жди! – гаркнул я на него. – Поверь и избери!

– Если веришь, сам и голосуй! А я не верю этим пустобрёхам.

Пока мы с ним препирались, на трибуну влез очередной оратор.

– Добренькое утро, дорогие мои читатели! – начал с пафосом редактор местной газеты господин Слащавин. – Я как ваш покорный слуга народа буду рад приветствовать вас в новой, счастливой, инновационно-модернизированной реальности.

Раздались жидкие аплодисменты. Я покосился на того бабая. Он матюкнулся в свои седые усы и повернулся ко мне:

– Ну что, ты и этому вруну веришь? Да я его с советских времён знаю. Он тогда точно так же в свою газету писал про светлое будущее. Он сам не верит в то, что пишет.

– А я верю!

Что-то кольнуло меня внутри от моих слов, но по-другому сказать я не мог. Бабай уставился на меня, как на сумасшедшего.

– Веришь? Cерьёзно? Так ведь он же…

– Дай ему поверин! – говорю Хикмету. – Видишь, до чего доводит человека недоверие. Здорово у тебя получился поверин-то!

– Вот и я так думаю. Надо его толкнуть какой-нибудь партии. Знаешь, сколько можно заработать!..

Мар. САЛИМ