Конспирация

– А давай назовём шлангодуя Акакием, – сказал Максим, доставая из коробки пылесос.

– Не, пусть будет Эдик, – возразила Ксюша, расправляя шланг агрегата.

– Как тот придурок, что твои фотографии лайкает?

– Не знаю, кого ты имеешь в виду, – пожала плечиками Ксюша, – я многим нравлюсь, а Эдик просто смешное имя.

– Акакий смешнее, – сверкнул улыбкой Макс, – кроме того, у тебя вряд ли найдётся друг детства или бывший сокурсник под таким ником.

– А то бы ты ревновал к пылесосу?

– Да! – вспылил Макс. – Достала твоя игра с именами. Тренажёр – Боря, телевизор – Гена.

– Ты первый начал! – парировала Ксюша. – Кто назвал кофеварку Ларисой? У тебя с ней что-то было?

– С кофеваркой?

– Не делай из меня дуру, – с вашей секретаршей.

– Ничего личного. Она,

представь, кофе литрами пьёт, вот мы и прозвали её кофеваркой. А если Ларису зовут кофеваркой, то почему не назвать кофеварку Ларисой, логично?

– Допустим, а почему посудомойку Гулей называешь? В честь какой такой Гули? – прищурилась Ксюша.

– Не в честь, а для пользы. Буфетчицу Гулей зовут, по совместительству она посудомойка. Покладистая, безотказная, – самодовольно ухмыльнулся Макс, – вот я и подумал, что если нашу посудомойку Гулей назвать, тоже не будет ломаться. В смысле, долго прослужит.

– А швабру, что же, никак не назвал?

– Хотел Татьяной, в честь твоей мамы, но подумал, что ты будешь против.

– Назову её Элей, ведь так звали швабру, с которой ты жил до меня?

– До тебя была Юля.

– С каким наслаждением я натру этой Юлей пол в туалете!

– Хватит, остынь, – обнял Ксюшу Максим, – давай пылесос испытаем.

– Так он же у нас всё ещё безымянный, – наморщила лоб Ксюша, – на вид солидный, как твой шеф. Пусть будет Евгений Петрович!

– Классно! – Обрадовался Макс. – Он бурчит, пыль глотая, а я пинаю его, на поворотах покрикивая: «Давай, Евгений Петрович, работай бездельник!»

– Стану звать его попросту Женей, – обронила Ксюша, погладив пылесос.

– Погоди, погоди, – нахмурился Макс. – Вспомнил! Так соседа зовут, которому ты строишь глазки. Тогда я тоже буду звать Женей, в честь милой блондинки, к которой стричься хожу!

– А пылесос мужского рода! – похлопала Ксюша по шлангу.

– А пылеуборочная машина – женского! – похлопал Макс по округлостям корпуса.

– Тогда вот твоей Женьке! – пнула Ксюша пылесборник.

– А вот твоему! – ударил Макс с другой стороны.

– Вот твоей милой блондинке, – резким пинком перевернула пылесос разъярённая Ксюша.

– Мстить так мстить! – раздухарился Макс, выдёргивая шланг из агрегата.

Экзекуцию прервали сообщения, синхронно прилетевшие на мобильники мстителей.

– У тебя от кого? – прочитав своё, поинтересовалась Ксюша.

– От кофеварки. Пишет, что шеф отменил совещание. А у тебя?

– От тренажёра, зовёт на встречу однокурсников.

– Вы же недавно встречались! – возмутился Максим.

– В тот раз были не все.

– Покажи сообщение!

– Сначала ты своё!

– Давай враз, по моей команде, – предложил Макс.

– Ну нет, ты обязательно смухлюешь!

– Это тебе верить нельзя, – побагровел Максим. – Вчера сказала, что отец позвонил, но я-то расслышал, как ты просюсюкала: «Дима, дорогой».

– Да это я жаловалась отцу, что миксер дорогой купила, можно было и подешевле. Забыл, что миксер я Димой зову? А вот с кем ты по телефону сюсюкаешь, – перешла в наступление Ксюша, – мне неизвестно, поскольку делаешь это сидя на унитазе! Но я-то тебя всё равно подловила, когда ты во сне бормотал, что Лариса горячая!

– Приснилось, будто кофеварку уронил, чуть не обжёгся, – выкрутился Макс.

– А что приснилось, когда ты, поглаживая подушку, называл её Леной?

– Микроволновку Лену во сне протирал, переживаю, что грязная, а у тебя всё руки не доходят!

– Потому что всё в доме на мне!

– Ну, я же купил пылесос, теперь полегче будет.

– Боюсь, что мы его поломали, – вздохнула Ксюша.

– В порядке твой Эдик, – резюмировал Макс, осмотрев агрегат.

– Да ладно, пусть будет Акакий, – уступила Ксюша.

Поцелуй примирившихся прервали трели мобильников. Чтобы ответить, она поспешила на кухню, а он, как всегда, уединился в туалете.

– Не надо звонить, лучше пиши, – шипел в мобильник Максим, – моя соковыжималка страшно ревнивая.

– Димуля, дорогой, конечно, встретимся, – шептала Ксюша, – мой чайник ни о чём не догадывается.