Здравствуй, племя обывателей,

Последние годы я работала в старших классах, где сочинения, по словам героини фильма «Доживём до понедельника», пишут в основном о «типичных представителях»: Онегине, Печорине, Базарове. Старшеклассники – народ опытный, ушлый народ. Они, по словам другого героя того же фильма, хорошо знают правило двойного «у»: угадать и угодить.

Они предпочитают не рисковать. Онегины и Печорины у них – «лишние», Вырины и Башмачкины – «маленькие», Живаго и Мелеховы – «мятущиеся».

Но в этом году меня «бросили» на подростков: 6, 7 и 8-й класс. Вот уж воистину «горячая точка». Пубертат, прыщи, хамство, но при этом – искренность. И темы сочинений не столь каноничные. Например, после знакомства с «Детством» Льва Толстого и «Детством» М. Горького идёт тема «Один день детства». Ребёнок должен рассказать об одном из самых ярких или, наоборот, тяжёлых дней своего детства.

Читаю.

«Мы заселились в отель. Разобрали вещи и пошли завтракать. Мы съели сырники и бифштекс и пошли плавать. Потом мы пошли на обед. Плотно пообедали со множеством десертиков и пошли плавать…»

«Мы летели на Мальдивы. У меня заложило уши. Это состояние не прошло до самого вечера. Было дико некомфортно. Это самое страшное воспоминание моей жизни».

После поездки в Пушкинский лицей восьмиклассник пишет: «Лицей – это ужас! Там не было отопления и водопровода, а летние каникулы длились всего месяц…»

После чтения Зощенко предлагается написать сатирический рассказ, то есть рассказ, в котором будет критиковаться действительность.

Читаю.

«Мы приехали в лагерь. Нас заселили в комнаты по 3 (!) человека. Стены в них были обшарпанные, туалет на первом этаже, в то время как мы жили на втором, еда ужасная: каша, котлеты, макароны…»

«Перед началом уроков у нас в школе стали отбирать телефоны. Это катастрофа! Весь день не знаешь, куда себя деть. Но мы нашлись: отдаём старый телефон, а себе оставляем новый…»

Когда спрашиваешь: «Чьё «Детство» – Толстого или Горького – тебе понравилось больше и почему?» –отвечают: «Мне больше понравилось «Детство» Толстого, потому что оно очень похоже на моё…»

Какие мысли приходят в голову после прочтения не одного-двух, а тридцати-сорока подобных сочинений?

У нас растёт поколение обывателей, то есть людей, для которых «заложенные уши» и «обшарпанные стены» – самое страшное, а «пообедать со множеством десертиков» и утаить от администрации школы телефон – самое яркое впечатление детства.

Такими ли были мы, принимавшие ветеранов в почётные пионеры, игравшие в тимуровцев, собиравшие макулатуру и металлолом?

Да что мы! Таким ли должен быть подросток? (Вот и у Достоевского он мятущийся, страдающий, ликующий.)

И я думаю: что делать? Мне – на моём месте? Наверное, «только детские книги читать» (а что я могу ещё?). То есть, если уж их нет в программе, добавить в списки внеклассного чтения «Тимура и его команду», «Сына полка», «Динку», «Двух капитанов», «Алые паруса», «Манюню», наконец.

Это всё, что я могу.

Инна Кабыш

P.S. Да! Лев Толстой, с детством которого ассоциирует себя нынешний семиклассник (очевидно, потому, что живёт в особняке и имеет домработницу и личного водителя), помнится, в детстве играл в «Зелёную палочку». Смысл этой игры заключался в том, что нужно было отыскать зарытую в лесу «зелёную палочку», на которой написан секрет счастья всех людей. Всех людей!