Будулай и Станиславский
Пришёл как-то Будулай в театр к Станиславскому.
– Будулай Романов? – закричал Станиславский. – Не верю!
– Да я это, – отвечает Будулай.
– Не верю! – кричит Станиславский.
– Я, я!
– Не верю!
– Да разуй глаза! – начинает закипать Будулай.
– Не верю! – стоит на своём Станиславский.
– Ну ладно уж, один – ноль в твою пользу, – говорит Немирович-Данченко и отклеивает накладную бороду.
– Два – ноль, – говорит Станиславский, снимает маску, и Немирович видит перед собой улыбающиеся глаза Будулая.
Будулай и «Битлз»
Попал как-то Будулай на концерт «Битлз». Очень ему понравилось.
– Спишите слова, ребята, – говорит Будулай. – Я ведь тоже на гитаре маленько бренчу. Вот и спою ваши песенки сельчанам.
Пол Маккартни уважил просьбу Будулая – и слова, и ноты ему дал.
Приехал Будулай домой, всех соседей пригласил и давай петь:
We all live in a Yellow Submarine,
Yellow Submarine,
Yellow Submarine.
А соседка и спрашивает:
– Будулай, а на русский-то переведи! А то мы не понимаем по-ихнему!
– Поётся тут о том, – говорит Будулай, – что все мы живём на Жёлтой Подводной Лодке.
– Ой, страсти-то какие! – запричитала соседка. – Лучше бы мне и не знать этого! Я и к тому, что на шаре живём, привыкала долго. А тут опять новые открытия!
Будулай и Екатерина II
Пригласила Екатерина II к себе Будулая. Стол накрыла, кругом свечи, красные фонари.
Приходит Будулай.
– Ты зачем меня вызывала, матушка?
– Какая я тебе матушка? – обижается Екатерина. – Я, можно сказать, девица в полном расцвете сил.
– В фавориты, что ль, зовёшь? – задаёт прямой вопрос Будулай.
– От тебя, Будулай, ничего не утаишь, – томно вздыхает императрица.
– Дык меня ж Клавдия моя ждёт не дождётся, – говорит Будулай. – Да и не для меня эта притворная… тьфу ты, хотел сказать – придворная жизнь.
Надула Екатерина губы, нахмурилась.
– Не вели казнить, государыня! – говорит Будулай. – Есть у меня для тебя подарок.
Хлопнул Будулай в ладоши, и появился на пороге красавец писаный – такой, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Филипп Киркоров. С песней «Зайка моя».
Оживилась Екатерина, разрумянилась, подпевать начала.
Будулай под шумок из дворца-то и вышел.
«А всё Бальзак! – думает Будулай. – Придумал этот «бальзаковский возраст», а нам, мужикам, отдувайся!»
Андрей Семёнов
