Бумаги и овраги

В эти дни России стало больше. В Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областях люди проголосовали за Россию. Президент в Кремле, в том самом Георгиевском зале, на наших глазах поставил свою подпись под актами воссоединения. Мы в Думе приняли требуемые законы. Единогласно.

Всё как в 2014 году?

Нет. Идёт война, которую уже неловко представлять просто военной операцией, пусть даже специальной. Только что война жестоко напомнила о себе отступлением из-под Красного Лимана.

Идёт мобилизация, пусть частичная. Как идёт – известно. Но вряд ли могла идти по-другому – признаемся, если мы не в шорах слов и самолюбования. Мало кто теперь сомневается, что проводить её надо было раньше.

«Гладко было на бумаге, да забыли про овраги» – так написал 150 лет назад офицер-доброволец, вернувшийся с Крымской войны Львом Толстым. История учит, что ничему не учит?

История учит, что в пиковые, испытательные её моменты во время войны ответственность всех и каждого ничем нельзя заменить. Тем более фейерверками. Выходя из Георгиевского зала и отвечая журналистам, я так и сказал: что главное моё чувство – не праздник, а ответственность за те субъекты Российской Федерации, которые образованы, за те территории, которые вошли в состав России, и прежде всего за тех людей, которые рассчитывают, что мы их защитим.

Критики происходящего у нас делятся на тех, кто уже побежал из страны, даже если в ней ещё задержался. И тех, кто останется в ней и в радости, и в горести, и хочет Победы. Чего же надо хотеть, что требовать и в чём участвовать тем, кто хочет Победы?

Во-первых, нельзя победить тот народ, который знает, за что борется. После развала СССР у меня не было сомнений, что испытание Украиной – борьбой за Украину, а если не сложится, борьбой против Украины – неизбежное условие выживания и возрождения России. Отдаю должное усилиям всех – от президента до блогера – доказывающих правоту наших целей на Украине. Но требуется большее: добиться полного осознания, что идёт отечественная война за выживание России, а не Украины. Третьего не дано.

Второе. Разговоры, что «всё идёт по плану», потеряли всякий смысл. Делайте же выводы. Через месяц после начала спецоперации, 3 апреля, в программе Владимира Соловьёва я впервые сказал о необходимости Государственного комитета обороны и Ставки Верховного главнокомандования по опыту Великой Отечественной. В опубликованной «ЛГ» 6 апреля статье «На войне как на войне» написал: «В чрезвычайной ситуации без чрезвычайных органов не обойтись. Кажется, к тому идёт: 2 апреля глава ДНР Денис Пушилин образовал в республике Государственный комитет обороны. Надеюсь, каким бы ни было окончательное решение Верховного главнокомандующего, в Кремле, чем быстрее, тем лучше, сплотят в единое аппаратное целое управление войной и тылом, пропагандой и гуманитарной помощью, устройством мирной жизни на освобождённых территориях и организацией необходимых поставок стране и людям».

Увы. Услышал Зеленский, создавший при себе в Киеве «Ставку Верховного главнокомандования» (фейкового главнокомандования, ведь настоящее – в Вашингтоне). Повторю: чем быстрее у нас поймут, что без ГКО или его полноценного аналога не обойтись, тем скорее покончим с позором покупки носков, трусов, бронежилетов и коптеров населением.

Третье. За минувшие мирные годы мы притерпелись к социальному расслоению – хотя бы из понимания, что прошлого не вернёшь, дороже встанет. Мы впереди планеты всей в списке миллиардеров «Форбс». Но это в дни мира, а не войны. Пришла пора и олигархам отвечать по обязательствам. Несомненно, у Владимира Путина есть возможность спросить кое у кого, и он спрашивает. Есть такие, как Пригожин. Но где патриотические, как на Украине, материальные жертвы большинства хозяев самых длинных яхт, автомобилей и вилл? Где они сами, публично выступающие со словами о своих «дарах» по телевидению?

Ах, за рубежом? Да ещё изо всех сил бьющие себя в грудь, обещая «принять участие в восстановлении Украины»? Отберите у них всё в России, как эфир у Максима Галкина (в РФ признан иноагентом).

Четвёртое. Мы негодуем из-за ошибок и головотяпства военкоматов, призывающих подчас не тех, кого нужно. Пустившись в оправдания, как несомненное достоинство нашей частичной мобилизации преподносим открытые границы с Грузией, Казахстаном и др., через которые, особенно в первые дни, потоком устремились дезертиры. Склад велосипедов на КПП «Верхний Ларс», взлетевшие до небес цены на авиабилеты в Ереван, расцвет услуг на границе с Казахстаном – ежедневный позор нашего Русского мира. Мне говорят: пусть катятся, мы с них потом спросим.

Нам сейчас не до «потом». Дело не в персональной судьбе дезертиров, а в попустительстве им, которое больно отражается на мотивации тех, кто идёт Родину защищать. Наши так называемые союзники в некоторых странах СНГ должны знать, что благодарностей за приём наших дезертиров они от нас не дождутся – пусть ищут её в посольствах Украины, США и стран Запада.

Кстати, о союзниках. Глупо с нашей стороны требовать от них многого. Не тот случай и не те союзники. Пусть хоть не мешают. Но ведь мешают! И как только пытаешься призвать к порядку Казахстан ли, Азербайджан или кого-нибудь ещё – сразу, как муть со дна, поднимаются доморощенные защитники: «Не моги называть вещи своими именами!»

Поздно, дорогие, пить боржоми. Выберите, в конце концов, себе приоритет: говорить правду или ехать на отдых в Казахстан.

И, наконец, последнее. Нас упорно втягивают в разговоры об атомной войне, возможности «тактического» ядерного удара. Я понимаю, что Верховный главнокомандующий время от времени не может не напоминать Западу, что Россия – ядерная держава. Но я также понимаю, что никакого смысла, не говоря уже о морали, инициировать ядерный апокалипсис у России нет. Такой удар по Украине был бы ударом по России.

Никаких больше «блицкригов» и «чудо-оружия» в этой войне нет. А есть воля, терпение, кровь, слёзы и Победа.

Константин Затулин,
депутат Государственной думы Российской Федерации