Можно заметить, что затянувшаяся самоизоляция приводит к появлению скороспелых прогнозов, среди которых преобладают страшные и ужасные. Но сейчас удачное время не только для астрологов, прорицателей, футурологов, но и для серьёзных экспертов и учёных, у которых открылось второе дыхание. Стоит подумать, как изменить приоритеты нашего общества, по-новому расставить акценты политики во всех сферах жизни. Возьмём науку, которая при всех проблемах и достижениях существенно отличается от западной.
В развитых странах уже много лет основные направления фундаментальных исследований – это науки о жизни (life sciences), которые объединяют десятки научных и прикладных отраслей: биологию, биотехнологии, генетику, медицину, здравоохранение, фармацевтику, экологию и т.д. На них тратится больше всего средств, они занимают ведущее место по числу действующих научных журналов и публикаций в них.
У нас, как в советские времена, главенствуют естественные науки – физика, астрономия, химия, математика, науки о Земле, исследования космоса. Без них нельзя. Но неправильно, когда доля биологических, физиологических и медицинских наук в расходах бюджета на фундаментальные исследования в 2018 году лишь 36 процентов.
Один из путей преодоления отсталости – соединение наук о жизни с передовыми инновационными и технологическими решениями. Именно этим мы занимаемся в МГТУ им. Н.Э. Баумана, вузе изначально инженерно-техническом. Уже ряд лет внедряем в медицину цифровые системы, технологии искусственного интеллекта, робототехнику, методы биометрии, биомедицинскую технику. Всё это направлено на улучшение качества жизни.
После академических реформ правительство решает, на какие исследования и сколько тратить денег. Сейчас в пожарном порядке выделяются средства вирусологам и эпидемиологам. Надеюсь, у них есть разработки, на завершение которых чиновники ранее не дали денег.
В начале нулевых в РАН принята программа «Фундаментальные науки – медицине», но её несколько лет назад закрыли. Стоит к ней вернуться и использовать достижения в физике, химии, математике для создания новых медицинских технологий. Но сначала – изменить систему определения приоритетов в науке и изжить диктатуру чиновников. Пора также начать оценивать эффективность исследований не только по числу публикаций и индексу Хирша. Количество статей и так растёт, а патентов на открытия не становится больше вопреки указаниям бюрократов от науки. Она должна подчиняться интересам общества.
Что будет после коронавирусного нашествия, сказать сложно. Ещё и потому, что у нас нет образа желаемого будущего, к которому бы все мы стремились.
У людей сейчас три модели поведения: альтруизм и взаимопомощь, эгоизм и пофигизм, агрессия вкупе с девиантным поведением. Среди учёных и исследователей, людей творческих преобладает первая. Поэтому есть надежда, что после пандемии у нас наконец изменится система основополагающих ценностей, в том числе человеческой жизни. Пока она в условных единицах (по оценкам страховых компаний и государства) в десятки раз меньше, чем в развитых странах.
Заодно должна вырасти стоимость интеллектуального труда, а человеческий капитал, о котором много говорится, стать настоящим капиталом с соответствующим к нему отношением. И надо не забывать, что научные открытия и инновации рождаются лишь там, где есть свобода созидания и творчества. ¢
Заместитель руководителя Инновационного технологического центра Комплекса научной политики МГТУ им. Баумана, кандидат экономических наук