Вадим Попов
Событие это вышло далеко за рамки регионального праздника. Причина – в военно-политической актуализации темы российского эксклава на Балтике да и в самом масштабе исторической даты.
4 июля 1946 года Кёнигсберг переименовали в Калининград, и это был не просто топонимический жест советской власти. Так, по сути, была поставлена точка в истории прусского милитаризма.
О том, какое значение придаёт российская власть региону, свидетельствует и тот факт, что в оргкомитет по проведению празднования вошли первый вице-премьер Денис Мантуров, вице-премьер Татьяна Голикова и первый заместитель руководителя Администрации президента Сергей Кириенко. Отметили дату с размахом, подкрепив шоу-составляющую обнародованием планов развития региона. По словам С. Кириенко, в рамках инфраструктурной программы «80–85» (то есть к 85-летию) объём инвестиций в экономику области составит около 1 трлн рублей.
Всё это происходит на фоне враждебной риторики Запада, заявлений об уязвимости Калининграда, нацеленности натовской военной машины на российский форпост в Балтийском море. Из наиболее одиозных – высказывания министра иностранных дел Литвы, что у НАТО есть средства в случае необходимости стереть с лица земли российские базы ПВО в Калининградской области. Но кроме риторики – действия, например, прошедшие в июне в районе Сувалкского коридора учения «Отважный кабан», в которых участвовали Литва, Польша и Франция.
В значительной мере масштабные празднования 80-летия Калининградской области – это ещё и сигнал, демонстрация уверенности, напоминание о праве владения. Неприступный Кёнигсберг был завоёван в результате стремительного штурма Красной армии, операция продлилась всего 81 час (с 6 по 9 апреля 1945 года) и вошла в учебники военного искусства. Но доказывать право на эту землю приходится до сих пор. И здесь немаловажен исторический ракурс, утверждение канона восприятия прошлого.
К 4 июля в «Российской газете» вышла статья Владимира Мединского «Русский город Калининград», где объясняются предпосылки переименования, причины, по которым Калининградская область вошла в состав РСФСР, а не Литовской ССР.
Касается Владимир Ростиславович и «внутренней» проблемы: «Было бы не лишним обратить внимание на процессы, которые стали происходить здесь уже после распада СССР? – процессы, которые можно назвать бессознательной, но «ползучей топонимической германизацией».
В. Мединский приводит примеры: «В геральдике ряда муниципалитетов региона весьма обильно представлены германские элементы. Гербы Балтийска, Черняховска – полная «реинкарнация» германских гербов. На гербе Багратионовска – германские кресты. Гербы г. Мамонова, п. Железнодорожного – это гербы городов, которые совсем под другими названиями входили в состав совсем другого государства… Мне неизвестны случаи, чтобы в геральдике современных германских городов была хоть одна отсылка к славянским символам, хотя славяне жили по берегам Эльбы (Лабы) на протяжении столетий. Тем паче – к советским, времён ГДР…»
Автор статьи размышляет о проблеме, которой, к слову, «Литературная газета» касалась неоднократно. В. Мединский пишет о сомнительной топонимике, «кёнигсбергских мотивах» в повседневной жизни Калининграда: «Поймите правильно, я не призываю искоренять великую (без всякого преувеличения) немецкую культуру. Но почему коньяк «Старый Кёнигсберг» называется именно так, хотя производится не в Германии, а в России, причём в наши дни? Почему «кёнигсбергский марципан» и «кёнигсбергская слойка»? Таких примеров множество, не говоря уж про название отелей, ресторанов и пр. Русский город Калининград в состав Германии никогда не входил и входить никогда не будет. Поэтому подобные исторические «флешбэки» должны оставаться уделом специалистов – историков и этнографов. Но не внедряться на каждом шагу в общественное сознание…»
И всё же надо признать, что на фоне враждебной политики Запада, в контексте СВО Кёнигсберга в Калининграде становится всё меньше.
