Волгоградская областная писательская организация была образована 14 сентября 1921 года. За сто лет она пережила идеологическое давление, войну, восстановление страны, развал Советского Союза, лихие девяностые и вступила в новое время. Станет ли обретённая свобода началом возрождения духовной содержательности, говорить рано. Но очевидно, что организация выдержала все испытания и сохранила главное – Слово. Сегодня в её рядах появились новые прозаики и поэты, несущие читателям, как преемники лучшего, духовно-содержательную художественную литературу.
Усман Алимбеков, член СП России
Публикуем подборку волгоградских поэтов, членов Союза писателей России.
Никита Самохин
* * *
Надвигается небо грозное
На меня тяжело и медленно,
Сотни солнц плотоядно скалятся
Да мечтают о скорой трапезе.
Но не жалят лучи голодные
Больше душу мою дремливую,
Только изредка вспышки жадные
Соскребают с неё видения.
Отгорожена снами тёплыми
От напастей душа премудрая,
И покуда гостям непрошеным
Не нарушить её спокойствие.
Но удобная даль обманчива,
Небо ближе порой, чем кажется.
Жаль, стоит до поры до времени
Хата с краю моя уютная.
Ольга Смелянская
* * *
Чашек фарфоровых
бабочки и цветы,
крапинки золотые, стёртые окоёмки.
Чайная ветхость
дышит в вещах простых,
в крошках печенья,
воспоминаньях ломких.
Любится-терпится
слаженный быт-уют,
скатерти,
тканные белой суконной ниткой.
Тикают ходики,
время по капле пьют,
сохнет варенье на блюдцах,
и пальцам липко.
Юлия Артюхович (Верба)
За стеклом
Я – за стеклом.
Я – пыльный экспонат,
Печальный раритет
в музее нежных чувств.
Мне повезло. Я возвышаюсь над
Толпой и суетой и славы не ищу.
Закрыта дверь туда, где всё прошло,
Затихли смех врагов и голоса друзей.
Мне так теперь спокойно за стеклом.
Здесь чисто и тепло.
Пожалуйте в музей!
Слышны едва напрасные слова:
Хула или хвала, последнее «прости» –
Идёт молва…Мне на молву плевать!
Не бойтесь: мой плевок
до вас не долетит!
Я – за стеклом…
* * *
Ещё один растаял день.
его запомнить не успела.
Уже сиреневая тень
на мой порог неслышно села.
И в небе звёздно и темно.
В душе – вечерняя усталость.
Хоть бесконечно время, но
его всегда бывает мало.
С языка
свет стоит в окошках
даже через шторы
лезет кошкой крошкой
в шторовые поры
чтоб корябнуть крови
с языка поэта
свету на здоровье
и на смерть поэта
Наталья Сырцова
* * *
Калуга, камни, коростель,
Купель дождя с водой лиловой,
Живая Жиздра, промысловый
Корабль времени, апрель.
Он недвижим в речной воде,
Пока предвестница потопа
Река не разлилась и тополь
Небесный не прорвал предел.
Да будет мир среди вершин
Не государевых, а Божьих.
И ты, Калуга, у подножья –
Молитвослов моей души.
Наталья Барышникова
* * *
Леониду Шевченко
Вот осколки вазы напольной.
Вот обрывки фраз об отчизне.
Так не говори мне, что больно,
И не обещай вечной жизни.
Ведь на их веку, что ни молот,
То к серпу тянулся сквозь ярость.
Правда – ведь и ты ещё молод.
Истинно – будет и старость.
Виктория Крестьева
Журавли
«Птицы синие» – далеки:
Откурлыкали, улетели…
Кто-то счастье кормил с руки,
Кто-то умер в своей постели.
Нас погладят по головам
Божьи ангелы мимоходом.
Мы поверим простым словам
И отыщем живую воду.
Нас ещё посетит любовь
И подарит большие крылья.
И появятся звёзды вновь,
Те, что в детстве по небу плыли.
Ксения Ващенко
Текст
Когда говорю: «Никому»,
то думаю: «Не тебе»,
Когда говорю: «Никто»,
подразумеваю: «Не ты».
Выходим по одному
в весеннюю оттепель.
Запахиваю пальто от ветра, воды, беды.
Ответы во тьме просты,
их круг ограничен тем,
Что чувствуешь. На ладонь
вдруг слово легло твоё.
Подай же мне темноты
и смелости в темноте
Не погасить огонь,
услышать, как запоёт
Внутри человек. Ему
ничто не страшно теперь.
Под дождь, под грохот камней,
в последних лучах зари
Выходим по одному.
И кто я сейчас тебе?
И мир, разрушаясь, мне
ни слова не говорит.
Елена Хрипунова
* * *
Запеленай меня
в лист подорожника,
Напои тоскою острожною,
Научи меня – я стану осторожною,
Но самой собой когда же я стану?
Сколько от меня тогда останется?
Кланяется
колокольчик придорожный,
кланяется…
Сергей Калашников
Посёлок ГЭС
Фотовспышки мгновенный ожог.
И ложатся на пасмурный глобус
эти тени всегда поперёк –
ничего для себя не сберёг!
Опоздал на последний автобус
и пошёл по дороге во мрак.
Мой доверчивый, ласковый, милый,
ты и вправду, наверно, дурак:
горячо, изумительно так
пахла осень – землёй и могилой.