Загадка для поляков

Принято решение провести в 2015 году «перекрёстный год» Польши в России и России в Польше.

2015 год неслучаен. В конце него в Польше должны пройти парламентские и президентские выборы, и вполне вероятно, что власть сменится. А это может означать и смену формата отношений с Россией. Ведь нынешняя Польша – страна, расколотая надвое именно по вопросу об отношениях с Россией.

Основная оппозиционная сила (партия «Право и справедливость») настаивает на сознательной вине России за авиакатастрофу 10 апреля 2010 года и предлагает такой формат российско-польских отношений, который в лучшем случае можно назвать холодной войной.

В 2011 году правящей партии «Гражданская платформа» удалось сделать почти невозможное и нарушить устоявшуюся традицию Третьей республики, согласно которой на выборах всегда побеждает оппозиция. С 2007 года «Гражданская платформа» запустила проект нормализации отношений с Россией, и благодаря этой победе у двух стран есть возможность проводить курс на нормализацию по крайней мере по 2015 год. «Нормализация» – процесс скорее политический и гуманитарный, ибо в экономической области у нас и так всё неплохо. Торговые связи развиваются независимо от состояния политических отношений. Попытка завязать русско-польский диалог для обеих стран – это лишь часть европейской политики, своего рода функция отношений с Брюсселем и основными игроками Евросоюза.

Что России нужно от «диалога с Польшей»? Нейтрализация раздражающих факторов российско-европейских отношений, успокоение польской враждебности. В свою очередь, Польше нужно повышение своего статуса в Европе как «главного специалиста по постсоветскому пространству, способного формировать общеевропейскую линию восточной политики».

Было время, когда из России устами великого поэта обращались к Западу с предупреждением не лезть в «спор славян между собою». Теперь мы готовы устраивать «славянский диалог» специально на потребу Западу. Приоритеты поменялись.

Казалось бы, наши народы имели многовековые, сложные и очень значимые отношения. Но в наши дни этого самого диалога почти нет, более того – между нами как бы выросла стена взаимного отчуждения и непонимания. Хотя, конечно, Россия для Польши – совсем не то, что Польша для России.

Для поляков Россия – это часть их собственной идентичности, важнейшее и определяющее их «другое», это «анти-Польша» в любых своих проявлениях. При этом, как ни странно, они почти не знают саму Россию. Поляки имеют дело с той «Россией», которую продуцирует польская культура как негативный образ, и эта «Россия» почти не имеет отношения к реальности. Диалога с реальной Россией поляки в результате не завязывают.

Но и в России Польшу сегодня тоже почти не знают, туда очень редко ездят, а польская культура у нас редкий гость. Потребности в диалоге с нею скорее просто нет. Разве что имеется уходящее корнями в панславизм чувство заочной симпатии к «братскому славянскому народу» – точнее, запрос на такую симпатию. Даже не граничащую с Россией и совсем маленькую Чехию у нас знают несопоставимо лучше. Да, есть целый ряд учёных и писателей – знатоков польской культуры. Но это знание не является общественным. Последнее время, благодаря активному переводу в интернет-СМИ злопыханий польской прессы о России, появился особый интерес к польской русофобии, но пока что скорее в формате стёба.

То есть главное, что мешает нашему диалогу, – это отсутствие реального интереса и стремления понимать друг друга. Мы привыкли к диалогу с великими европейскими культурами – прежде всего английской, французской, немецкой, испанской и итальянской, а польская до такого статуса по своим масштабам явно недотягивает. Она представляется как провинциальная, мало значимая по сравнению с ними.

В Польше, наоборот, русская культура воспринимается как низшая по сравнению с польской. Она традиционно маркирована как схизматическая, неевропейская, восточная, даже варварская, в которой почти нет тяги к свободе и «свету западной цивилизации». Да, она оценивается как великая, но принципиально худшая. И поэтому в ней ищут основания для обвинений и поучений.

Единственный формат диалога с русской культурой, которую готовы принимать поляки, – это диалог знатока с невеждой, когда один объясняет, что такое плохо и как надо исправлять ошибки, а другой послушно и молча внимает. Многовековая неудача культуртрегерской миссии «на Востоке» – один из основных и самых болезненных польских комплексов. Отношение Польши к России основано на мессианской идеологии, я бы даже сказал – на «зуде мессианизма», который свойственен не только всему народу как целому, но и почти каждому отдельному образованному поляку при встрече с «человеком с Востока».

Как раз недавно познакомился с одним поляком, который впервые в жизни приехал в Россию и провёл здесь две недели. Уезжая, он поделился с живущей в Москве соотечественницей открытием: «Я понял, что они здесь просто не хотят, чтобы мы их учили! Но почему они этого не хотят – остаётся для меня загадкой».
И это та загадка, над которой ломают голову лучшие умы польской культуры. Ответы, которые они обыкновенно предлагают, весьма нелицеприятны для русских.

Ну а для нас идея «пойти учиться к полякам» звучит уж вовсе абсурдно. Традиционно польское восприятие русских земель как пространства колонизации и культурного освоения русским людям и непонятно, и смешно.

И всё же, думаю, что русско-польский диалог нужен. Более того, сейчас он нужнее всего именно нам, в России. Ведь это важнейшая сторона нашей общей судьбы, нашего прошлого. Через всю русскую историю можно провести линию русско-польских отношений, диалога в противоборстве двух культур. Без памяти о нём, о его истории и проблематике нет полноценного русского самосознания, нет традиционной русской идентичности.

Точка зрения авторов колонки может не совпадать с позицией редакции