Клуб «12 стульев»

БЫЛОЕ

ОТ ГРЕХА ПОДАЛЬШЕ
Однажды во время Великой Отечественной войны в часть, где служил кинодраматург Иосиф Прут, привезли фильм «Два бойца». Иосиф Леонидович похвастался однополчанам, что песни для этой картины написал его товарищ Никита Богословский. Старшина не поверил. Больше того – он даже рассердился и сказал:
– Тамбовский волк тебе товарищ. А чтобы впредь не врал, получай наряд вне очереди.

Вскоре в ту часть привезли картину «Секретарь райкома». Когда в титрах появилась надпись «Сценарий Иосифа Прута», тот же старшина ехидно спросил драматурга:
– Скажешь, это ты?

– Нет, – вздохнул Прут. – Это однофамилец.

СЛЫШАЛ ЗВОН…
Вскоре после окончания войны джаз-оркестр Утёсова, гастролировавший по Дальнему Востоку, прибыл в Биробиджан, где должны были состояться пять концертов. Встретивший их администратор местной филармонии сразу предложил отменить первое выступление. На недоумённый вопрос Леонида Осиповича он объяснил:
– Понимаете, сегодня в обкоме будет закрытый просмотр фильма «Смерть Риббентропа». Очень интересно. Ажиотаж вокруг него страшный. Несколько человек из вашего оркестра я смогу провести.

Конечно, отменять концерт не хотелось. Но и фильм посмотреть – заманчиво. Наверное, это про Нюрнбергский процесс. Где его ещё увидишь?

В общем, решили пойти в кино. После бурных споров выделили из оркестра несколько человек, самых достойных, и администратор повёл их в обком. Там с большим трудом провёл в зал. Наконец фильм начался, и тут выяснилось, что администратор всё на свете перепутал: не «смерть», а «жизнь». И не Риббентропа, а Рембрандта!

ТВОРЧЕСКАЯ ВСТРЕЧА
После того как Пётр Алейников сыграл в фильме «Большая жизнь» шахтёра Ваню Курского, он стал невероятно любим в шахтёрских краях. И вот однажды, вскоре после выхода фильма на экраны, он с группой молодых артистов выехал на гастроли в Донбасс. Алейников являлся «гвоздём» программы, поэтому его выступление объявляли последним. Но стоило Петру Мартыновичу выйти на сцену, как тут же к нему бежали зрители с цветами, бутылками, прочими сувенирами. Его обнимали, целовали, качали, и это продолжалось минут пятнадцать. После чего он, растроганный, покидал сцену…

За все десять дней Алейников так ни разу и не выступил. Тем не менее в каждой рецензии местных газет писалось, что наибольшим успехом у зрителей пользовалось выступление «нашего доброго и любимого Петра Алейникова».

НА ЛЮБЫХ УСЛОВИЯХ
Рине Зелёной очень нравилась Любовь Орлова, она мечтала сняться с ней в одном фильме. Когда режиссёр Г. Александров готовился к съёмкам «Весны», Рина Васильевна уговаривала его дать ей роль.

– Рина, у меня там нет женских ролей, – сказал он.

– Тогда дайте мужскую.

ЗНАТОК ПРОИЗВОДСТВА
В 70-е годы прошлого века Сергею Мартинсону, как и многим другим звёздам экрана, часто приходилось ездить на выступления. На этих так называемых творческих вечерах он рассказывал о своей работе в кино, читал и даже пел. Одно время его аккомпаниатором был Левон Оганезов, который и рассказал мне об этом случае.

Однажды они возвращались на машине после выступления в подмосковной Балашихе. Мартинсон сидел рядом с водителем, Оганезов – сзади. Сергей Александрович всю дорогу молчал. И вдруг, когда они въехали в Москву и проезжали мимо завода «Серп и молот», он сказал:
– На этом заводе три цеха. В одном делают серпы, в другом – молоты.

Сказав это, он замолчал. Естественно, Оганезов спросил:
– Ну а в третьем что делают, Сергей Александрович?

– Третий – сборочный.

Александр ХОРТ