Михаил Сирота. Прочёл опус Ивантера. Грязновато, как на улицах Праги сегодня. Но один плюс всё-таки есть. После ушата, вылитого на поэзию Алексея и его самого, ещё больше людей заинтересуется поэзией Цветкова.
Олег Духовный. Вроде бы всё и правильно написано, но вызывает возражение сам факт осуждения поэта за его мировоззрение, образ мыслей, а не разговор о его поэтике, т.е. собственно о поэзии Цветкова, которая, как ни крути, востребована и отнюдь не только благодаря пиар-агентству под водительством яркого поэта А. Кабанова, – это русская поэзия для русских эмигрантов, которых, видимо, хватает и в самой России. Для меня показательно другое: ни одного стихотворения Цветкова запомнить не могу, увы. Очень похоже на романы Акунина – читаю с интересом, но все сливаются в один, который не помню… Вот ещё одно моё «допущение»: поэт, полагающий, что он знает истину, на мой взгляд, не поэт, а проповедник. Это другая профессия, пардон, призвание.
Александр Самарцев. «ЛГ» – предельно хам:-)кая в общественном смысле. Ничего удивительного, что псевдопатриотизм распространяется и на стихи.
Дмитрий Конаныхин. Если не заниматься вышивкой гладью, а крестьянским крестиком, то история учит патриотизму, а литература – мироощущению-мировоззрению-мироописанию-миропроговариванию. Культура – в её проявлениях – хранилище и работающая лаборатория ДНК народа. Русская культура – лаборатория ДНК (души, мировоззрения) русского народа. Естественно, что ДНК должна обеспечивать выживание русского человека. Лучше – развитие. Помогает ли Цветков русскому человеку жить, развиваться, хотя бы выживать? Замешать гной нигилизма с ядом гордыни и дать выпить больному из красивой чашки стихотворчества – это не о жизни. Ребёнок, подросток, впитавший такое пойло, заразится трупным ядом прежних ненавистников и всю жизнь будет страдать от гордыни вперемешку с неприкаянностью.
Андрей Седов (Германия):
Бывает, что трудней простить, –
гораздо проще отомстить,
но мы всё это проходили.
Сказать теперь и не берусь,
за что же так люблю я Русь
с тоской, с надеждою и болью.
И чем хотите поклянусь:
я от неё не отрекусь, я связан с нею
русской кровью.