В почте редакции немало писем и свидетельств от тех, кто сам пережил войну или что-то проникновенное знает о ней со слов близких. То время, с его потерями и победами, сохраняется в памяти и будет передаваться от дедов к внукам и правнукам. Ряды «Бессмертного полка» полнятся.
Родной мой дядя незадолго до Отечественной войны после окончания пединститута женился на однокурснице, вскоре у них сынок появился. Дядя довольно быстро стал директором школы в Могилёвской области, естественно, был партийным. Партийный, кто не в курсе, – это член партии ВКП (б), коммунист.
Началась война, дядя сразу пошёл в военкомат, где ему велели идти на восток, там-де разберутся, как использовать учителя. В наших местах в Белоруссии все тогда помнили, что вытворяли немцы в войну 1914 года. Например, мои незамужние тёти по фамильной линии так бежали от них, что оказались аж за Волгой.
Понимая, что жену и родственников коммуниста немцы не пощадят, дядя взял колхозную лошадь, погрузил пожитки на телегу и двинулся с семьёй на восток. Была неразбериха, люди только привыкали к войне. По дороге дядя обращался в военкоматы и призывные пункты, но его посылали всё дальше и дальше, может, потому что всё-таки он непростой был человек, директор школы, с высшим образованием. Он толком не понимал причин. Наконец его призвали, направили на учёбу в школу политруков в одну из республик Средней Азии. А семья поехала дальше и ехала очень долго, пока не остановилась в одном из сёл Оренбургской области, где жена его стала учительницей.
Дядя продолжал учёбу в школе политруков и писал рапорты, чтоб его отправили на фронт: коммунист должен Родину защищать! Так поступали и другие. Но начальники отказывали: мол, умело воевать и людьми руководить надо учиться. Но дяде сидеть вдали от фронта было невмоготу. Наконец его отпустили на передовую, он попал политруком в пехотный батальон.
Однажды, уже ближе к госгранице, их батальон получил задание выдвинуться вперёд, захватить мост через реку и сутки удерживать его до подхода главных сил прорыва. Батальон ночью выбил немцев с моста и занял его. Но фашисты очухались и стали наседать. Прошли сутки, а главных сил не было. Шли вторые сутки, ряды батальона численностью 150 бойцов редели – главных сил как не было, так и нет.
На дворе ранняя весна, обувью были валенки: днём намокали, ночью замерзали. Кончались боеприпасы, питание. Дядя несколько раз – осторожненько! – предлагал командиру батальона отойти, чтобы не положить всех бойцов. Командир пояснял, что приказ был удерживать мост до подхода главных сил. За невыполнение приказа и сдачу моста командиру грозил расстрел.
Когда от батальона осталось человек 30, командир всё-таки решился дать команду на отход.
Оказалось, главный удар готовился, но где именно он произойдёт, решалось в последний момент. И удар случился не на том мосту.
Это уже было время, когда советское командование по всем статьям превосходило немецкое. Красная армия, как всегда называл её дядя, не привыкнув к словам «Советская армия», шла и шла вперёд. Уже за пределами страны дядя получил серьёзное ранение, из-за чего Победу встретил в госпитале.
Те бои за удержание моста сильно сказались на его здоровье, мучил ревматизм. Однако всю жизнь он был в строю – на партийной работе и позже учительствовал, снова стал директором школы.
О войне он рассказывал, как многие её участники, неохотно, но тот эпизод на мосту, по-видимому, был таким тяжёлым, что врезался ему в память как никакой другой. Его он вспоминал.
Спасибо нашим воинам, и павшим, и живым, за защиту нашей Родины и Победу!
Евгений Коваль-Чуковский,
ветеран труда, Минск