Баллада о путевом обходчике

Так сложилось в ХХ веке – знатными людьми стали считать шахтёров, металлургов, машинистов, путевых обходчиков. Так и должно было сложиться – иначе сословные предрассудки стёрли бы нас с лица земли. Торжествовал жизнерадостный принцип, в давние времена сформулированный Робертом Бёрнсом. Нам он памятен в русском переложении Самуила Маршака: «Кто честным кормится трудом – того зову я знатью».

Передовики производства, или, как их часто называли, маяки, становились героями газетных передовиц и документальных киножурналов. На них равнялись, выбирая профессию. Весомый и зримый пример нередко определял судьбу. «Хочу быть машинистом, как Пётр Кривонос» – так говорили в юности многие будущие асы железных дорог.

Максима Афанасьевича Казанцева (1901–1948) так и называли – знатным путевым обходчиком. Он родился в крепкой уральской крестьянской избе, в старинном селе Логинове. Был отличным плотником. Потом – фабричным рабочим. Будучи уже далеко не мальчишкой, отслужил в Красной армии. Железнодорожником он стал поздно – в 38 лет. По тем временам – глубокая зрелость, преддверие старости. Стал ремонтным рабочим, а потом – путевым обходчиком в свердловском околотке пути, тщательно следил за исправностью закреплённого за ним участка.

Казанцев стремился на фронт. Но его опыт, его рабочие руки были необходимы в тылу. Чтобы железная дорога работала как часы.

В тылу тоже приходилось работать на пределе сил – почти как в действующей армии. Кадров не хватало, и не было ничего ценнее умения работать за двоих, за троих. Это понимал Казанцев. Он считал, что можно приводить дорогу в порядок, не привлекая специализированные ремонтные бригады. Для этого обходчикам пришлось действовать в свободное от дежурства время. Война – так по-военному. Даже если дело происходит вдалеке от линии фронта. Казанцев организовал кооперированную бригаду путевых обходчиков, которая взялась за дело. Они работали по 3–4 дополнительных часа в день – и сразу превзошли привычный уровень ремонтных рабочих… За первые 16 дней эксперимента бригада выполнила план, рассчитанный на 24 дня. Да и работали обходчики качественнее – как в собственном доме. На своих участках они знали каждую зазубринку. Результат – экономия и повышение качества ремонтных работ. Ревизоры изумлялись: не к чему придраться. На каждую шпалу любо-дорого смотреть, и снеговые щиты в порядке.

Урал в годы войны жил в чрезвычайном режиме: туда эвакуировали десятки предприятий из оккупированных городов. Производство – в особенности военное – наращивалось каждый месяц. А значит, и железной дороге нужно было соответствовать этому режиму перегрузок – чтобы продукция, необходимая фронту, шла на Запад вовремя, без проволочек и нештатных ситуаций.

Эксперименту дали ход. В бригаду Казанцева входили и дети, и жёны путевых обходчиков. Свои участки пути они сдавали в эксплуатацию с высшей оценкой.

Это достижение не осталось незамеченным. Первой наградой бригадиру стала благодарность начальника дороги Леонида Сущенко. На «стахановский почин» обратил внимание и нарком Лазарь Каганович, лично вручивший путевому обходчику знак «Почётному железнодорожнику». Метод Казанцева признали прогрессивным – и внедрили по всем дорогам.

«Вчетвером решили своими силами, в свободное от работы время, провести текущий ремонт километров, доведя их оценку со 111 баллов до 0. Дав слово, подкрепляем его боевыми делами. Ежедневно по окончании дежурства мы в течение трёх часов ремонтируем путь», – отчитывался Максим Афанасьевич в газете «Путёвка».

Когда количество казанцевских бригад на железных дорогах перевалило за полтысячи, на инициатора посыпались заслуженные награды. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1943 года «за особые заслуги в обеспечении перевозок для фронта и выдающиеся достижения в восстановлении железнодорожного транспорта в условиях военного времени» Казанцеву Максиму Афанасьевичу было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Как положено, с вручением ордена Ленина и золотой звезды «Серп и Молот». В 1944 году таких бригад в Союзе было уже более пяти тысяч.

Кавалер золотой звезды рапортовал в прессе: «С величайшей радостью узнал о том, что Указом Президиума Верховного Совета СССР мне присвоено звание Героя Социалистического Труда. Правительство высоко оценило мой скромный труд... Благодарю за заботу о нас, железнодорожниках, за высокую награду. Все свои силы, весь накопленный опыт отдам делу Победы над немецкими захватчиками. Сделаю всё, чтобы километры наших околотков были всегда в отличном состоянии, чтобы поезда по ним шли с высокими скоростями, без малейших задержек». Конечно, здесь чувствуется рука журналиста, но и душа рабочего, и правда 1943 года в этих строках не потерялась.

«За трудовой героизм, проявленный в годы Великой Отечественной войны» в том же 1943 году он был награждён и вторым знаком «Почётный железнодорожник».

К концу Великой Отечественной он стал старшим путевым обходчиком. Его избрали депутатом Верховного Совета. Но прожил он после войны недолго. Сердце не выдержало перегрузок. Однако жива память о простом путевом обходчике, дело которого подхватили тысячи таких же работников. Работников с большой буквы. Неприметных и прославленных. Обыкновенных героев, которые отдали всё для фронта, всё для победы. Они были «винтиками» войны – и это не пренебрежительное определение, а самый почётный и достойный титул.