Беспокойный дух

Брюс Чатвин. В Патагонии. – М.: Издательство редких книг, 2024. – 356 с. – 1000 экз.

Слово «Патагония» ассоциируется с юностью, Жюлем Верном и такими же захватывающими приключениями, как в его романе «Дети капитана Гранта». В книге Чатвина тоже есть приключения, но всё же это совсем другой жанр. Треволог – путевые заметки, в которых описание увиденного перемежается личными впечатлениями с вкраплением исторических и вымышленных героев и событий собственной биографии.

Около ста коротких рассказов, которые на первый взгляд кажутся разрозненными набросками в путевом блокноте: Буэнос-Айрес, Национальный зоологический сад в Ла-Плате, Кордильеры, Рио-Гранде, случайные встречи с аборигенами и осевшими в Патагонии европейцами. Понимаешь, что сюжет есть, и он был обозначен ещё в самом начале, только прочтя несколько глав.

В серванте бабушки, приколотый ржавой булавкой к открытке, хранился привезённый её двоюродным братом Чарли Милвордом из чилийской Патагонии маленький кусочек шкуры «с клочками жёсткой рыжеватой шерсти». Это бронтозавр, сказала бабушка маленькому Брюсу, и этот бронтозавр, оказавшийся милодоном, гигантским ленивцем, в какой-то мере предопределил его судьбу. Забавно, но внёс в это вклад и наш Иосиф Сталин.

Родился Брюс Чатвин в английском Шеффилде в 1940 году. Горячую фазу Второй мировой он, естественно, не помнит, а вот холодная его в какой-то мере воспитывала. «В конце сороковых тень кремлёвского каннибала с усами, которые можно было принять за клыки, омрачала нашу жизнь. Мы слушали лекции о войне, которую он нам готовит… мы понимали, что положение безнадёжно. Война надвигалась, и сделать тут ничего нельзя… И всё же мы надеялись выжить. Мы основали комитет по эмиграции и стали строить планы обустройства в одном из дальних уголков земли… наконец остановились на Патагонии как на самом безопасном месте земного шара».

Всё-таки фраза «ничто не вечно под луной» не верна. Ничто не вечно, кроме страха и ненависти к России. По одну сторону баррикад были во время Второй мировой, но отгремел победный салют, и русские опять стали врагами. В сороковые выбирали для спасения медвежьи уголки, сегодня строят подземные бункеры для миллиардеров, способные выдержать мегатонные бомбардировки.

Тогда, в середине прошлого века, холодная война так, к счастью, и не переросла в горячую: «Сталин умер, мы пропели в часовне благодарственные гимны, но я всё же оставил себе Патагонию – про запас». После школы Брюс устроился на работу в Sotheby’s и очень скоро благодаря природному дару видеть подделки продвинулся до руководителя отдела. Но скучная роль клерка его не прельщала. Два года учился археологии в Эдинбургском университете, в 1972 году стал штатным сотрудником отдела искусства и архитектуры газеты Sunday Times. Объездил Европу, Латинскую Америку, Западную Африку, Ближний Восток, Индию, а ещё через два года исполнил свою детскую мечту – на шесть месяцев отправился в Патагонию на поиски следов милодона и двоюродного дедушки.

Начав с аргентинского Буэнос-Айреса, через Баия-Бланку добрался почти до самой южной точки – чилийского Пунта-Аренаса, где провёл свои последние годы мореход Чарли Милворд. Его судьба вполне могла бы стать основой для приключенческого романа. В двенадцать лет отец посадил его на тренировочное судно, вставшее на якорь на реке Мерси в Британии, а уже через два года он возил уголь на западное побережье Америки. Энергичный, смелый первопроходец, охотник на морских слонов, предприниматель, консул самых южных земель Британской империи, почётный гражданин Пунта-Аренаса, переживший кораблекрушения, банкротство и клевету. Старик, с тоской всматривающийся в очертания корабля, увозившего его сына в Англию.

Да, эта увлекательная история (как, впрочем, и многие другие подглавки) вполне могла бы стать и романом, и основой приключенческого фильма. Но не стала. Может быть, потому, что Брюс Чатвин просто не успел. Завершив книгу, опять отправился в путешествия – Бенин, Австралия, Россия, Греция, где он, задумавшись о душе, крестился и принял православие. В 1988 году вышел его первый роман – «Утц», а через год Чатвина не стало. Он умер от СПИДа в 48 лет.