«Король умирает» — блистательный гротеск короля абсурда Эжена Ионеско. Только в отличие от «Лысой певицы», «Урока» и даже «Носорогов» эта пьеса и по сей день ошеломляет своей пугающей актуальностью. (Хотя написана она более шестидесяти лет назад). А остроумие реплик неизменно вызывает восторг зрителей.
Режиссёр Владимир Мирзоев, поставивший в быстро ставшем культовом московском пространстве «Внутри» у Олега Карлсона уже второй спектакль на тему обречённости власти, создал таким образом своеобразный диптих. (Первым стал спектакль по пьесе Олега Богаева «Я убил Царя»).
Ракурсы — разные, тексты стилистически противоположные, а суть устрашающе близкая. Некое королевство находится на грани катастрофы. Король стареет на глазах и, умирая, увлекает за собой всё — страну, народ, свою семью. Безответственность и эгоизм человека, в руках которого сосредоточены иллюзорные остатки власти, шокирует. Серьёзная, глубокая, изобретательная постановка Мирзоева заставляет вздрагивать, когда со сцены слышишь: «В результате города, стёртые с лица земли. Молодёжь эмигрирует массово…» Остаются лишь те, «кого не захотели принять наши соседи. Их насильно выдворили обратно. Кроме того, они ужасно быстро стареют…» Аллюзии с сегодняшним днём очевидны. А ведь пьеса написана не вчера. Изменив многое в каскаде остроумнейших пассажей Ионеско, режиссёр Мирзоев не смог отказать себе и своим талантливым актёрам в удовольствии насладиться смелыми и яркими фразами: «Ты умрёшь в конце спектакля», «Армия парализована, неизвестный вирус пробрался в её мозг и саботирует приказы», «В школе остались только кретины», «Нация в не очень хорошем состоянии», «Всё летит в бездну, у нас больше нет границ, вместо них дыры, отделяющие нас от соседей», «И в результате мы окружены врагами», «При хорошем инфаркте у нас не было бы стольких осложнений», «Инфаркты — это для деловых людей», «Государство — это я», «Несчастное государство», «Злопамятный и жестокий», «Были злодеи и похуже»… Кстати говоря, Мирзоев как талантливый редактор умело вставил в текст пьесы Ионеско ещё и некие воззывающие слова Алекс из письма к Ники (своеобразная реминисценция на темы предыдущего спектакля — «Я убил Царя»), а также проверенный собственной жизнью тезис Антона Павловича Чехова из записной книжки № I: «Смерть страшна, но ещё страшнее было бы сознание, что будешь жить вечно и никогда не умрёшь…»
Неочевидный выбор Никиты Тарасова…
Никиты Тарасова на роль короля Беранже I несколько озадачил. Лицо актёра, редко появляющегося на театральных подмостках, а больше — на экране, избавило публику от шлейфа ассоциаций, но в роли обречённого, ничтожного, самовлюблённого и безответственного правителя хотелось видеть актёра с сильной энергетикой и яркой индивидуальностью. Не мне, конечно, советовать выдающемуся российскому режиссёру, но эта роль-мечта пришлась бы впору таким мастерам, как, предположим, Тимофей Трибунцев, Сергей Маковецкий или Константин Райкин.
Зато другие персонажи, безусловно, удались. Блестящая, острая и точная Елена Коренева в роли элегантной и безжалостной королевы Маргариты. Это работа большой актрисы, мудрой и тонкой. Юная королева Мария («вторая супруга короля, но первая в его сердце») Марии Карлсон — на пол-шага позади, как и подобает наивной любовнице. Верноподданный Страж Дмитрия Асташевича с его восхвалениями поверженного монарха и советами умереть достойно, как в балете «Спартак», — первый кандидат в предатели. А вот Доктор (также «хирург, палач, бактериолог и астролог») Олега Дуленина и не скрывает своей бессердечной сущности врача-циника. И он, безусловно, состоит в явном сговоре с посвящённой в тайны мироздания королевой Маргаритой.
Спектакль наполнен символами и образами, которые любопытно разгадывать: трон, превращающийся в медицинское кресло из элитного салона красоты, короны с сакральными символами, напоминающими что-то языческое и восточное одновременно, кукла вуду, пронзённая королевой Маргаритой цветными иголками (художник — Алиса Меликова).
Музыка Нино Рота и Иоганна Себастьяна Баха смешивается в партитуре с аутентичным русским похоронным плачем, который затягивает преданная служанка и сиделка Джульетта (Юлия Салмина).
Когда подключается хореограф Артур Ощепков, некоторые эпизоды превращаются в пластические этюды. Особенно впечатляет истинно витальный танец-этюд Беранже I и Джульетты на троне-кресле. Шутовство и суровое отстранение одновременно присутствуют в актёрской палитре. Приём «театра в театре» и прямое обращение в зал, — всему есть место в этой знаменательной новой постановке Мирзоева.
Вечная трагедия власти в том, что она безнадежно уродует тех, кто упивается ею, не желая остановиться на миг, чтобы взглянуть вокруг. Глазами человека. Просто человека. В спектакле Мирзоева вечная трагедия эта вскрыта, безжалостно и радикально.
Наталия Колесова
Сцена из спектакля Владимира Мирзоева «Король умирает»: королева Маргарита (Елена Коренева), Джульетта (Юлия Салмина), Доктор (Олег Дуленин), королева Мария (Мария Карлсон), Беранже I (Никита Тарасов), Страж (Дмитрий Асташевич) / Фото Сергея Милицкого