Василий Завьялов
Один из самых известных сюжетов о любви–«благоуханный рассказ»–так отзывался о «Гранатовом браслете» писатель К. Паустовский. «Поэтический и озаряющий жизнь нежданный подарок–среди обыденщины, среди трезвой реальности и устоявшегося быта.»
Сценическую интерпретацию рассказа превосходно исполнили артисты Мастерской «12» Никиты Михалкова Тамара Разорёнова и Данила Дзыгар; солистка Государственного камерного оркестра «Виртуозы Москвы» Рипсимэ Айрапетянц и пианистка Анна Айрапетянц. Сценографом выступила художница Елена Догонина–ведущий научный сотрудник музея-заповедника «Усадьба-Мураново; режиссером-постановщиком–Анна Айрапетянц. Спектакль–часть уже известного цикла, посвященного русским писателям-классикам, поставленного в историческом пространстве Большого зала Московской консерватории. В рамках этого музыкально-драматического проекта в полной мере сформирован и отточен авторский почерк. Мастером камерного жанра, автором рафинированных миниатюр можно назвать режиссера-пианистку.
Цитируя художественные приемы искусства эпохи Раннего Ренессанса, режиссер выстраивает целостную архитектуру пленительного мира аутентичных зарисовок. На сцене синтез прекрасного: искусство драматическое, художественное, музыкальное с одной стороны здесь независимы друг от друга, с другой–как бы формируют контрастную полифоническую фактуру спектакля в жанре «Ренессансный мотет». Постановочность, внимание к деталям, изысканные декорации подчеркивают неординарность задуманного Куприным сюжета. Камерность, лиризм, хрупкость и миниатюрность формы преобразуют «гимн любви» в живую реальность. Музейная сценография воссоздает дух старины: двухуровневое пространство, устроенное по принципу анфилады, пять колонн по диагонали, вершины которых венчает серия портретов из собрания живописи и графики музея-заповедника «Усадьба Мураново». Элеонора Тютчева, Баронесса Эрнестина фон-Дёрнберг, Анна Боратынская, Екатерина Тютчева, Клотильда Мальтиц–собирательный образ Прекрасной Дамы, безмолвные свидетели, разворачивающихся на сцене событий. Живописный фон сочетает яркий и, вместе с тем, уравновешенный осенний колорит южного приморья: колонны цвета морской волны оттеняют другие–деревянные; гарнитур, оформленный гобеленом лазурных тонов, и круглый декоративный столик; изящный акцент в глубине–дамское бюро и осенний букет в фарфоровой вазе на высокой консоли.
Ритм и дыхание позднеромантической скрипичной сонаты композитора С. Франка заполнит сценическое пространство. Романтически мятущийся дух и классическая строгость, ярко выраженное живое «tempo rubato» и серебристый тембр уникальной скрипки работы итальянского мастера Николо Амати (1868 г.). Одухотворенность, ясность, прозрачность, простота.
Вот теперь и рождается мир Куприна, оживает, наполненный живыми красками любовный сюжет. Очарованные писательским слогом, Он и Она погружаются в жизнь главных героев рассказа, отождествляя себя с ними в полной мере уже в финале. Эта едва заметная деталь является камертоном постановки, определяющим ее достоверность–характер и тональность. Примеряя образы героев рассказа, каждый из актеров демонстрирует многогранность артистического дарования. Актриса здесь и царственно спокойная княгиня Вера Шеина и, состоящая из милых противоречий, Анна Фриессе–ее сестра, хозяйка квартиры–полька-католичка и горничная Дарья. Бегло и виртуозно меняет роли актер: от губернского предводителя–«хорошего парня»–князя Василия Шеина до мелкого чиновника контрольной палаты, тайно влюбленного в княгиню; от бравого гусара–гвардейского поручика Бахтинского до отставного военного генерала Аносова, размышляющего о силе любви. Точно передан характер Николая Мирза-Булат-Тугановского–помощник прокурора и брат Веры, холодный расчетливый ум которого подталкивает безнадежно влюбленного Жетлкова к последней черте. Бетховенское Largo appassionato и найденный Куприным, изумительный рефрен: «Да святится имя твое!»–как будто post scriptum…И гаснут поочередно, подсвеченные мягким светом, образы-портреты.
«Избегая рассудочных комбинаций, мир простых человеческих эмоций и чувств открывает совсем иные горизонты. Писатель размышляет здесь не о судьбах мира. Его волнует только один вопрос: «Разве любовь одного человека к другому не стоит всей жизни?» Ответа нет в рассказе… Нет решения и в нашей транскрипции… Есть лишь красота происходящего.
