«Ничтожнейше прошу правителя очищать своё сердце, умерять свои желания, сдерживать себя и любить простых людей, сохранять почтительность к прежнему правителю, распространять гуманность в государстве, выдвигать честных людей, дабы мудрые и справедливые могли занимать государственные должности, и избавляться от предателей и клеветников, дабы нравы людей улучшались».
Чжугэ Лян. Завещание юному правителю царства Шу
Вольный пересказ Поучения неизвестного автора эпохи Чжаньго – «Сражающихся царств»[1]
Случилось как-то
мне идти на службу
старинным парком.
Месяц был январь.
Я шёл дорогой ровной
по аллее
и про себя негромко
бормотал
какие-то затейливые строфы.
Возможно,
это было и не так,
но я отчётливо припоминаю,
что шёл я
и чего-то бормотал.
Мне кажется,
я думал о высоком,
рассеянно охватывая
взглядом
деревья вдоль дороги,
павильоны,
скамьи для отдыха,
искусные беседки,
увитые безлиственным плющом.
Но постепенно
что-то беспокоить
меня вдруг стало,
душу охватило
какое-то неясное
волненье…
Прислушавшись к себе
и поразмыслив,
я понял наконец,
что возникает
оно тогда,
когда смотрю я только
на полотно дороги.
И будто взор цепляют мой
и держат
неведомые силы!
Как всем известно,
снег с дороги нынче
не убирают вовсе,
его лишь присыпают
щебёнкой мелкою.
И вот узрел я:
каждый мелкий камень
отбрасывал собой
такую тень,
что полоса её тянулась
на сотни чи[2].
И в темноте полос
не различались выбоины, грязь,
что означало –
эта чернота
собою покрывала всё!
И я подумал:
– Вот Солнце,
лучезарное светило,
которое
с неистовою страстью
пытается все земли осветить, –
оно подобно доблестному вану[3],
что, высшим даром Неба
облечённый,
старается нас всех,
ему подвластных,
усердно обогреть и обласкать.
Но если Солнце – это свет,
то тени
есть порожденье Солнца?
Или нет?
Коль да,
То вот отсюда вытекает
прямое следствие:
когда свет этот низок,
тень от любого
мелкого пупырка
становится черней
и протяжённей.
И в этом самом
тёмном протяженье
пупырышку – чиновнику легко
и хорошо
вершить свои делишки
(Да-да, делишки только, не деянья!),
поскольку тень
надёжно прикрывает
любые недостатки и просчёты
на службе государевой его!
Чем гуще тень,
чем ниже наше Солнце,
тем удивительней и пакостней дела
существ мельчайших,
наделённых власти
хотя бы каплей!
А в каждых перекрёстках этих тéней,
я думаю,
вдвойне размещены
неслыханный позор и безобразья!
Но почему, скажите,
в Поднебесной
найти – увы! –
так трудно нам того,
кто оказал бы добрую услугу
Светилу нашему?
Хотя бы тем одним,
что взгляд Его,
на низших устремлённый,
над горизонтом
выше приподнял!
И потому я,
меньший из ничтожных,
умишком пораскинувши своим
и понимая,
сколь мой голос слаб,
но опираясь на великих прошлых,
которые без страха и упрёка
порою очень гневно порицали
порок и слабость
Неба Сыновей,
хочу привлечь и обратить вниманье
на то,
что происходит в наше время,
на круговую мерзость и беду!
Да-да, беду!
Поскольку безобразье,
творимое во мраке беззаконья,
рождает
столь же скверные поступки
простого люда,
видящего то,
чего бы не хотелось вовсе видеть!
Иначе – как?
На гибель государство,
Что вану вручено для управленья,
свершенья самых
высших начертаний,
чиновничья расползшаяся вошь,
сосущая его без перерыва,
столь быстро же
к паденью приведёт,
смуту и горе
принеся народу,
что глазом Он
моргнуть и не успеет!
А это – грех,
да-да, великий грех,
которому не будет оправданья
ни в нынешнее,
ни в другое время,
поскольку умаление других
в сравнении с собой –
есть отрицанье
природы Человека на Земле!
Пересказал Олег Севрюков
[1] Эпоха Чжаньго – «Сражающихся царств» – примерно V–III века до н.э.
[2]
Чи – древнекитайская мера длины, изменялась с течением времени от 17 до 30 см.
[3] Ван – правитель в Древнем Китае.
