Чужой „маленький Париж“

или Торжество идеологии западничества

Открытие в «Литературной газете» («Иностранный как русский», № 39; «Жадные до подражательства», № 46; «Чья же это столица», № 51–52, 2016 г.) Опорного пункта охраны русского языка (ОПОРЯ) мне представляется событием очень своевременным и даже знаковым. В том смысле, что оно довольно точно характеризует истинное культурное и нравственное состояние нашего общества.

Вывески на латинице на улицах наших городов – это откровенное и наглядное свидетельство торжества псевдолиберальной идеологии западничества, которая уже давно терзает Россию. И которая в своём догматическом упорстве никогда не приносила нам блага: «Европейское просвещение приносит на нашей почве скудные и уродливые плоды» (Н. Страхов). Это именно то «просвещение», которое иначе как обезьянничаньем и лакейством назвать невозможно. И можно выразить разве что стихами Сергея Есенина:

Язык сограждан стал мне как чужой,
В своей стране я словно иностранец.

Кто-то скажет: что ж вы, только теперь заметили чуждое языковое засилье? Не видели его раньше? Видели, конечно. Знали, что в какой языковой среде человек живёт, таким он и становится. Знали и то, что покорению всякого народа предшествует покорение духовное. Но либеральный сыск оказался пострашнее и побеспощаднее царской и советской цензуры, высказать нечто противное ему было решительно невозможно и негде. Даже самое очевидное и здравое. Смена иностранных вывесок на русские будет свидетельствовать о том, что неизбежная после всякой революции, в том числе и «демократической», «смена вех» трудно, но всё-таки происходит.

И давайте взглянем на это бедствие и с несколько иной стороны. Согласитесь, вывески на чужом языке вешали на наших улицах отнюдь не иностранцы. И появлялись они не только по причине невежества и дурновкусия. Писали их люди, уверенные, что это престижно, что это характеризует их как приверженцев самых передовых воззрений. То есть люди с извращённой системой ценностей…

Хочу на конкретном примере показать, кто и как, может быть, и сам того не ведая, разумеется, из самых добрых побуждений способствовал насаждению уничижительного низкопоклонства и обыкновенного лакейства.

С некоторых пор, а именно с «революционной перестройки», город Краснодар многие стали с какой-то игривой и бездумной беспечностью называть не иначе как «Наш маленький Париж». Сначала в шутку, а потом и всерьёз, видя в этом некий шик. А началось всё после выхода романа Виктора Лихоносова «Наш маленький Париж». Это взгляд на Россию извне, абсолютно непонятный в самой России. Возможно, поэтому роман вроде бы о казаках потомками казаков принят не был. И всё обсуждение его свелось к сетованиям на не­разумных читателей, отказавшихся его читать.

А «неразумные» читатели, видимо, потому и не приняли роман, что учуяли в нём уничижающую психологию молодого лакея Яши из «Вишнёвого сада» А.П. Чехова: «Если опять поедете в Париж, то возьмите меня с собой, сделайте милость. Здесь мне оставаться положительно невозможно… Что ж там говорить, вы сами видите, страна необразованная, народ безнравственный, притом скука, на кухне кормят безобразно…

…Здесь не по мне, не могу жить… ничего не поделаешь. Насмотрелся на невежество – будет с меня».

Может быть, иного представления в русской литературе и не было? Да нет же, всегда было иное, во всяком случае, не лакейское. Ну хотя бы в стихо­творении Якова Полонского «А.Н. Майкову»:

Поверь, не нужно быть в Париже,
Чтоб к истине быть сердцем ближе,
И для того, чтоб созидать,
Не нужно в Риме кочевать.

Тот Париж, единственный и настоящий, существует и поныне. А Краснодара прежнего нет. Его уже не разглядеть за частоколом иностранных вывесок и реклам. Неужто не знали о том, из какого слова какое положение вещей неизбежно произрастает? Неужто не знали о том, что «В начале было Слово»?.. Я уж не говорю о том, как такое уничижение сочетается с той большевистской неистовостью, с какой стремились совсем недавно возвратить Краснодару имя Екатеринодар. Но не вышло ни то ни другое. Получился мировоззренческий выверт, безжизненный плод либерально-демократической революции – «наш маленький Париж», на улицах которого действительно чувствуешь себя иностранцем.

станица Старонижестеблиевская
Краснодарского края