В память о П.Л. Проскурине, к 15-й годовщине его кончины
Те из нас, кто постарше, отлично помнят времена, когда открытой политической оппозиции в стране не было и роль общественного оппонента власти играла литература.
И в этом диалоге власти и литературы рождались некие удивительные мировоззрение и мироощущение, которые составляли одну из опор русского и советского мира.
Для власти, сколько бы она ни тщилась утверждать иное, главным вопросом всегда является вопрос о сохранении самой себя, для литературы – вопрос о справедливости, который, в свою очередь, является существенной частью вопроса о смысле жизни.
Вопрос о справедливости всякий раз с особой неотвратимостью встаёт перед обществом, когда его страна ведёт войны. И действительно, справедливой или нет является та или иная война? Ради чего льется кровь и погибают люди? Ради чего происходит тот страшный процесс, который неизбежно включает в себя массовое убийство других человеческих существ?
России повезло в истории. И повезло не потому, что она вела мало войн, нет, – наверное, мы воевали больше, чем какая-либо другая страна в мире. А потому, что большинство войн, которые вела Россия, были войнами справедливыми: либо оборонительными, либо освободительными.
Однако, к сожалению, случались в нашей истории и другие примеры. В 1849 году войска Российской империи предприняли масштабную военную экспедицию в Европу с целью подавления и удушения буржуазно-демократических революций в Венгрии и Германии. С военной точки зрения поход был достаточно успешным: восстания венгерских и немецких революционеров были разгромлены. Однако в мегаисторической перспективе результаты оказались крайне негативными. Результатом усилий правящей династии стало появление мрачной кайзеровской Германии вместо свободной и прогрессивной Германской республики, о которой в те поры мечтали лучшие умы тогдашнего человечества.
Впоследствии именно с территории Германии были развязаны две кровопролитнейшие мировые войны, унесшие жизни десятков миллионов, в том числе русских людей.
В 1899–1901 годах слабеющая, но ещё мощная Российская империя на излёте своей территориальной экспансии предприняла попытку аннексировать, то бишь попросту отобрать, у ослабевшей и попавшей в трудную ситуацию Цинской монархии (так тогда назывался тогдашний Китай) огромную территорию северо-восточной Маньчжурии.
Военная экспедиция и дальнейшие аннексионистские действия Российской империи проводились, как сейчас сказали бы, в формате частно-государственного партнёрства. В экспансии помимо небольшого контингента регулярных войск участие принимали в основном разнообразные добровольцы и военные авантюристы, наиболее известным из которых был пресловутый штаб-ротмистр Безобразов.
Опять-таки с военной точки зрения экспедиция прошла успешно: малой кровью, то есть практически бескровно, была фактически оккупирована огромная территория Маньчжурии, а Россия получила доступ к незамерзающим портам в Порт-Артуре и Даляне.
В мегаисторической перспективе эта несправедливая, захватническая война, или, если угодно, аннексия, привела к нарастанию напряжённости отношений с Японией, а затем к Русско-японской войне, поражению в ней России, Первой русской революции и т.д.
Ещё одним существенным последствием была крайне негативная память о русском вторжении и попытке аннексии в умах миллионов китайцев, недоверие и ненависть надолго поселились в их душах.
И вот что удивительно. Русская литература не создала ни одного сколь-нибудь значительного литературного произведения по поводу обоих этих очень серьёзных по вовлечённым силам, масштабам завоеваний и последствиям военных мероприятий.
Почему? Ответ прост: они были несправедливы и русская литература не смогла их достойно описать.
Отец очень много писал о Великой Отечественной войне – большинство его романов так или иначе связаны с военным временем, и по этому поводу в своём творчестве он высказался совершено отчётливо и однозначно: в такой войне, справедливой и оборонительной, народ и власть, какой бы она не была, должны быть едины.
Однако, как всякий большой художник, он очень чётко и тонко ощущал нюансы и был очень далёк от того, чтобы поддерживать власть в любом её милитаристском начинании.
Мне сейчас довольно трудно вспомнить, какова была реакция отца на ввод войск в Чехословакию в 1968 году (мне не было ещё и восьми лет), и я смутно помню только, что отец находился в крайне смятённом и взволнованном расположении духа и говорил что-то об окончании эпохи. Запомнилось это в основном потому, что мы тогда только-только переехали из Орла в Москву и обживали новую трёхкомнатную квартиру в районе нынешней станции метро «Дмитровская». В гулких, не полностью обставленных комнатах слова взрослых звучали как-то по-особенному, и, видимо, поэтому что-то врезалось в память.
Действительно, ввод советских войск в Чехословакию знаменовал собой, как теперь это принято называть, окончание «оттепели», прекращение восходящего социального движения страны и переход к консервативно-реставрационной модели, которая в итоге результировалась в то, что мы имеем сейчас.
Реакцию отца на ввод войск в Афганистан я помню отчётливо – отец этого не приветствовал (он считал, что американцы нас переиграли и подтолкнули к абсолютно ненужной нам войне) и много раз говорил о том, что лучше бы огромные средства, затраченные на неудачное покорение гордого и неуступчивого народа, вложить в вымирающее Нечерноземье, заняться укреплением и собиранием русских сил вместо очередного их бессмысленного растрачивания.
С другой стороны, десятью годами позже отец по мере сил поддержал приднестровский проект, и по поводу этого мы, случалось, жарко спорили с ним в 90-х годах.
А теперь тезис, ради которого, собственно, были предприняты эти исторические экскурсы.
Путём огромного труда и больших нравственных усилий предшествующих поколений нам достался уникальный камертон, с помощью которого нам, как правило, удавалось отличать справедливое от несправедливого, чёрное от белого, праведное от неправедного.
Давайте попробуем услышать этот камертон уникальности в сегодняшней непростой ситуации. Да, его звукам сложно сейчас пробиться сквозь терабайты навязчивой и очень часто лживой официальной пропаганды. Но литература всегда находила способ довести до общества другую точку зрения. Из собственных усадеб, как Пушкин и Толстой, из эмиграции и изгнания, как Тургенев, Герцен или Бунин, или с тюремных нар, как Варлам Шаламов. В виде отрытой страстной публицистики, с помощью изящной метафоры или искусно сработанной басни.
И в советское, и в постсоветское время лучшие писатели страны, к числу которых, несомненно, принадлежал мой отец, Пётр Проскурин, также находили пути для выражения точки зрения, отличавшейся от официальной.
Россию нельзя запугать. Это аксиома, и в этом как бы согласны и народ, и власть. Россия непобедима, когда она ведёт справедливую, оборонительную войну. Это ещё более значимая и многократно подтверждённая историей аксиома.
Но всякий раз, когда власти удавалось втащить страну и народ в военную авантюру, в заведомо неправедное дело, когда чёрное выдаётся за белое, а агрессия – за оборону, когда на зловещий алтарь несправедливости и агрессивной политики власть бездумно бросает все лучшие качества в русском национальном характере – умение воевать, жертвовать, терпеть лишения, приходить на помощь, когда для сохранения самой себя власть пытается запугать народ всеми мыслимыми и немыслимыми угрозами, всё больше заигрываясь в развязанную ей же игру и всё ближе подходя к опасной черте, последствия бывали катастрофическими.
Малая война часто тянет за собой большую, и сейчас ситуация в мире всё больше начинает напоминать существование в одной из глобальных кризисных точек, коих, начиная с Карибского кризиса, мы видели немало. А ситуация в стране до трагифарса становится похожа на однопартийные времена.
Так что самое время (пока оно ещё есть) для мудрого и честного писательского слова.
Поэтому ещё раз: давайте слушать нашу литературу, давайте внимательно прислушиваться к звучанию бесценного камертона, который в прежние времена очень редко фальшивил. И давайте услышим его.
Алексей Проскурин,
главный редактор «Экономической и философской газеты», сын П.Л. Проскурина
Справка
Пётр Лукич Проскурин (22.01.1928–26.10.2001), выдающийся русский советский писатель.
Основные произведения: романы «Горькие травы», «Исход», трилогия «Судьба – Имя твоё – Отречение», «Число зверя»; сборники повестей «Тайга», «Шестая ночь», «Чёрные птицы», «Мужчины белых ночей»; сценарии фильмов «Любовь земная» и «Судьба».
Лауреат Государственных премий СССР и РСФСР (1979 г.), Герой Социалистического Труда (1988 г.).