Демократия по-кубански

КНИЖНЫЙ РЯД

А.Н. Никитин. Суверенная Кубань: Опыт отечественного парламентаризма (1917–1920 гг.). Часть первая. – М.: Национальный институт бизнеса, 2012. – 368 с. – 1000 экз.

Данная книга – яркое подтверждение того, как ещё бедны наши представления о Гражданской войне в России, о том губительном клубке противоречий, который выпало разрубить большевикам. Автор на протяжении всей монографии исследует историю казачьей республики, возникшей в 1917 году на Кубани и ставшей частью Юго-Восточного союза, на три месяца объединившего земли южнорусского казачества.

При этом Никитин полемизирует с генералом Антоном Деникиным, который в своих «Очерках русской смуты» обвиняет казаков не только в сепаратизме, но и «кубанском шовинизме». Забвение общегосударственных, общенациональных интересов руководством кубанского казачества стало, по мнению Деникина, одной из причин поражения Белого движения.

Автор же, напротив, пытается доказать, что именно попытки со стороны руководства Добровольческой армии установить на освобождённых от большевиков территориях, в том числе и на Кубани, диктатуру в «старорежимном духе» повлекли провал антисоветского движения. «Кубанское казачество, опираясь на собственный опыт самоуправления и достижения передовой государствоведческой мысли и практики Европы и США, выдвинуло в 1917 году программу сохранения государства Российского, а после его распада – восстановление на принципах федерализма и демократии…» Однако «…Главнокомандующий А.И. Деникин, так же как и Верховный правитель А.В. Колчак, стремился использовать противобольшевистское движение, в том числе и казаков, для воссоздания дореволюционной России, утверждения унитаризма и авторитаризма, изживших себя общественных отношений, институтов государства и права. Крушение противобольшевистского движения явилось наглядным подтверждением правоты кубанцев, несостоятельности сторонников диктатуры и унитаризма».

Утверждение, мягко говоря, спорное. Ведь именно жёсткая партийная дисциплина, пресловутая диктатура пролетариата позволила большевикам не только разгромить поочерёдно своих врагов, но и в конечном счёте собрать воедино рассыпавшуюся страну. Половинчатость же позиции Деникина, который, с одной стороны, хотел установить диктатуру, а с другой, желал, чтобы все его сторонники добровольно согласились с её необходимостью, привела к тому, что в октябре 1919 года, когда войска Добровольческой армии стояли на дальних подступах к Москве, решалась судьба всего Белого движения, часть войск пришлось отправить в Екатеринодар. Именно в это время там разыгрывалось так называемое кубанское действо, в результате которого несколько членов Кубанской рады, обвинённых в сепаратизме, были арестованы, а полномочия самой рады – урезаны.

Главная претензия к автору – недостаточная аргументация своей позиции. Скажем, он неоднократно говорит о том, что договор, заключённый Кубанской радой с меджлисом горских народов, послужил лишь поводом для Деникина и Врангеля для жёстких мер по отношению к Краевой раде. Однако о сути этого договора из книги так и не удаётся узнать. Вместе с тем легко представить себя на месте Деникина, который узнаёт, что у него в тылу кто-то начинает «договариваться» с враждебными к его армии горцами.

Много говорится о приверженности руководителей Кубанской рады и правительства пресловутому федерализму, а вот о позиции рядовых казаков, о настроениях, преобладавших среди них, говорится вскользь и не очень вразумительно.

К числу же достоинств монографии можно отнести то, что Никитину удалось показать сложность, многополярность, говоря современно, тех процессов, которые происходили на расчленённом теле бывшей империи. Скажем, автора этих строк поразил тот факт, что войска объявившей о независимости Грузии, пользуясь всероссийской сумятицей и развалом, заняли черноморское побережье вплоть до Туапсе.

Несомненно, что в недавнем прошлом Россия столкнулась с теми же проблемами, что и в начале ХХ века. Да и сейчас взаимоотношения окраин, особенно национальных, с федеральным Центром вряд ли можно назвать окончательно сложившимися и гармоничными. Государственное строительство России, борьба (и не всегда успешная) с центробежными тенденциями продолжается. И поэтому книга «Суверенная Кубань» представляет интерес вне зависимости от выводов её автора.

Алексей ПОЛУБОТА