Детство – отрочество – детство

Репетитором я стала стихийно: понадобилось подготовить к ЕГЭ собственного сына. (Чего не сделаешь ради ребёнка?) А потом пошло-поехало: одноклассники сына, братья и сёстры одноклассников, друзья братьев-сестёр…

И вот уже полтора десятка лет я готовлю детей к ЕГЭ по русскому языку и литературе: меняюсь вместе с этими экзаменами, всякий раз убеждаясь, что меняемся мы к лучшему. А однажды раздался звонок в дверь – на пороге стоял смутно знакомый мужчина.

– Я ваш сосед, – представился он. – Мне сказали, что вы учительница…

– У вас ЕГЭ? Русский? Литература? – деловито осведомилась я.

Мужчина замялся:

– Нам бы к школе подготовиться…

Так я стала заниматься с дошкольниками.

И – простите за пафос! – мне открылся целый мир. Недаром Чуковский написал книжку «От двух по пяти»!

В этом возрасте дети абсолютно свободны, открыты всему новому. Они фантазёры, и я бы даже сказала – философы.

…Учимся считать. Я понимаю, что каждая цифра (абстракция) должна ассоциироваться у малыша с чем-то конкретным, и потому говорю:

– Это 2 – столько лет твоей сестрёнке. Это 3 – столько было тебе, когда ты ко мне пришёл. Это 4 – столько тебе сейчас. А через год будет 5…

Ребёнок поднимает на меня серьёзно-грустные глаза:

– Почему так?..

И я не знаю, что ответить.

Но вот мы научились считать до 10 – учимся писать цифры. Мой ученик замечает, что в числах от 1 до 9 – один знак, а в 10 – два.

– Почему?

Я задумываюсь, как бы попроще объяснить, что одна цифра обозначает десятки, а другая – единицы…

Но пока я думаю, он сам находит ответ:

– Друзья! – говорит он, указывая на число «10». – В смысле, что две цифры – 1 и 0 – дружат, потому и стали рядом.

Ну не гениально?

…Учим буквы.

– Это буква «я». Повтори!

– Это буква «ты»…

Рассматриваем картинки.

– Это врач. Это машинист. Это продавец. А кем хочешь быть ты, когда вырастешь?

– Добрым…

Учим цвета. Малыш никак не может запомнить – любой цвет называет синим. И вдруг однажды показываю картинку, где нарисован мак, и на мой вопрос: «Какого цвета мак?» – слышу: «Красный…»

И я счастлива, как Наташа Ростова, у ребёнка которой пелёнка вчера была зелёной, а сегодня стала жёлтой.

Читаем мифы Древней Греции.

– А что мне сегодня приснилось! – восклицает малыш.

– Что?

– Как будто ко мне пришёл Геракл и говорит: «Давай с тобой дружить!»

– Наверное, хорошо иметь такого друга, как Геракл?

– Спрашиваешь! Он всех змей передушит!

(«Вот бы мне такого друга», – белой завистью завидую я.)

Играем в магазин (это же бездна дидактики: ребёнок повторяет слова, количество и форму предметов!) – и в какой-то момент я ловлю себя на том, что не обучаю в игровой форме, а именно играю: как ребёнок с другим ребёнком. Так что благодаря своим маленьким ученикам я обрела механизм, не побоюсь этого слова, впадения в детство.

…Когда-то давно я назвала одну из своих поэтических книг «Детство. Отрочество. Детство».

Как в воду глядела.