«Для меня важен идеал»

Беседу вела Анна Гурина

Не секрет, что многие достойные отечественные фильмы до обычного зрителя не всегда доходят – их можно увидеть только на фестивалях. С одной стороны, это связанно со сложностями проката авторского кино, которое широкому зрителю малоинтересно, с другой – с недоверием большинства продюсеров к молодым, не титулованым пока режиссёрам. Поэтому фильмы неизвестных, талантливых и дерзких можно увидеть на фестивалях «Амурская осень», «Евразия», «Алафейская гора», фестивале патриотического кино «Малая земля» в Новороссийске и многих других. А возглавляет большинство российских кинофестивалей человек, влюблённый в кино с детства, ни разу не изменивший своему идеалу и открывающий дорогу молодым, – Сергей Новожилов (на фото).

– Вы президент практически всех известных российских кинофестивалей. А с чего всё начиналось?

– Я родом из Советского Союза. А для детей 60–70-х годов кино – это что-то невероятное. Особенно если ты живёшь в провинции. А мы жили в Сыктывкаре. Самое сильное впечатление детства – это фильм «Тихий Дон» и сцена, где Наталья умирает. Я был настолько потрясён, что у меня начало расти невероятное желание работать в кино – я собирал фотографии артистов, я смотрел все фильмы, которые тогда шли в кинотеатрах. Потом мы переехали в Калинин (Тверь), и я в силу своего очень скромного образа жизни поступил на исторический факультет Калининского университета. И сейчас могу с уверенностью сказать: если человек о чём-то мечтает – всегда найдутся варианты, чтобы он пришёл к мечте. Я стал работать секретарём комитета комсомола университета, и у меня случился конфликт с ректором. И я ушёл. В никуда. У меня был такой сильный стресс, что лежал в психоневрологическом диспансере и врачи запретили мне бурную деятельность – сказали заниматься спокойными вещами, в общем, поставили в 25 лет на мне крест. И я попрощался с мечтой о кино. Начал заниматься фотографией старых домов и познакомился с деканом факультета общественных профессий политехнического института. А она знала Высоцкого, возила в наш город антрепризные спектакли со многими звёздами кино и эстрады. Я рассказал ей, что хочу заниматься кино, рассказал ей свою историю, и она говорит: «Завтра в город приезжает Вера Кузьминична Васильева. Поедешь её встречать». У меня ком в горле! Вера Васильева! Народная артистка! А она оказалась таким простым, таким обаятельнейшим человеком! Потом меня отправляли ещё встречать артистов, а потом устроили в управление кинофикации Калининского горисполкома – старшим методистом по художественному кино. А потом стал уполномоченным бюро пропаганды киноискусства Калининской области, стал вести на местном радио киноклуб. Поступил в аспирантуру ВГИКа. Стал вести на канале «Добрый вечер, Москва» программу «Вечерний сеанс» с Дуней Смирновой и с Юрой Гейко. Каждый день на электричке ездил из Твери в Москву и обратно. Это очень выматывало, и я понял – так долго продолжаться не может, надо перебираться в Москву.

И тогда организовал первый фестиваль киноклубов (в советское время они были очень популярны). И на этот всесоюзный фестиваль приехало много известных актёров – Зинаида Максимовна Шарко, Володя Шевельков… Знаменитая телевизионная «Кинопанорама» показала про наш фестиваль сюжет. Мы прогремели на весь Союз! После этого меня пригласили в отдел культуры ЦК ВЛКСМ курировать кино. Я думал, вот, наконец-то! Получилось – перееду в Москву. Прошёл все стадии утверждения, и срезался я на том, что у меня с собой не было комсомольского билета. Он у меня был (смеётся), но куда-то потерялся. Просто сквозь землю провалился! Мы с мамой всё обыскали. Мистика какая-то! В райкоме комсомола мне были готовы помочь, но… Какой это был для меня стресс! Завотделом культуры решил меня пожалеть и прикомандировал возглавлять заграничные делегации кино. Был в Румынии с Горбачёвым, возил «Маленькую Веру» в Польшу и Югославию. А через полгода меня утвердили оргсекретарём объединения молодых кинематографистов Союза кинематографистов СССР. И сделали подмосковную прописку в общежитии Коломны – почти в Москве.

Когда создалась актёрская гильдия, предложил провести фестиваль актёров «Созвездие». Он состоялся в Калинине. Это было нечто! Все звёзды, которые были в советском кино на тот период времени, были там. Рина Зелёная, Олег Янковский, Андрей Мягков, Людмила Аринина, Людмила Савельева… Город в восторге! Это было время какого-то подъёма, вдохновения, надежды. Мы провели три сезона «Созвездия» – первые два в Калинине, третий в Смоленске. А потом кто-то решил – хватит ездить по новожиловским местам. И всё рухнуло.

Но я не сдавался. Вместе с Ирой Шевчук поехал в Анапу открывать новый фестиваль.

Мы пришли к мэру города, и он сказал: «Помочь не могу, но и мешать не буду». Вот так образовался первый «Киношок» – в 1992 году. Одиннадцать лет я был его художественным руководителем, а Виктор Мережко – президентом. Первые годы это действительно был фестиваль экспериментального кино, но потом всё стало напоминать крыловскую басню про лебедя, рака и щуку, и я ушёл. И снова в никуда. Снова стресс и таблетки. А в 2002 году начал новый фестиваль. Так родилась на Дальнем Востоке «Амурская осень». Всё шло прекрасно, но в 2013 году во время фестиваля случилось наводнение, и мне не смогли помочь ни местный губернатор, ни спонсоры, ни друзья – я влез в большие долги. Вот так появились другие многочисленные фестивали.

– Сергей Владимирович, сегодня вы единственный в России продюсер, имеющий так много фестивалей. А с какими административными трудностями вы сталкиваетесь? Как их преодолеваете?

– Сложнее всего было вначале – на «Амурской осени». Это очень далеко – в Благовещенске. Мне говорили: «Кто ж туда полетит?» Всем было страшно, но летели – интересно же, Дальний Восток! Тогда в городе был замечательный мэр – Александр Михайлович Калядин, который очень в нас поверил. А потом, когда фестиваль шёл уже два года, – нас уже поддержала область и тогдашний губернатор. Вторая трудность – дорога до Благовещенска – для меня это головная боль каждый год. А цены! Хоть и говорится, что на Дальнем Востоке всё должно быть доступно, на самом деле цены космические. Очень хотел привезти на фестиваль артистов, а потом думаю: чем их туда заманить? Ну, поездкой в Китай, но это только в первый год. А дальше? И тогда я придумал конкурс антрепризных спектаклей. И теперь туда каждый год приезжают антрепризы со всей страны. Понимаете, я стараюсь жить так, чтобы каждый следующий год был непохож на предыдущий. Ещё в юности понял, что вариант в 9 утра на работу, в 18 с работы – не для меня. И поэтому мой приход в кино – где каждый день даёт что-то новое – это моё. И с фестивалями то же самое – я должен каждый год придумывать что-то новое. Иначе стагнация, от которой фестивали рушатся. Если человек занимается любимым делом (неважно каким) – он будет искать всегда что-то новое и искать обоснование – зачем он этим занимается. Как только ты успокаиваешься – всё, надо менять профессию. У меня много предложений по фестивалям. И не отказываюсь – потому что чувствую: людям это действительно важно, и мы всегда находим точки соприкосновения. Причём бюджеты везде небольшие, очень скромные. Но знаете, после двух моих аварий у меня в жизни другие ценности: все зарабатывают деньги, а я живу насыщенной жизнью. У меня в год бывает около 150 перелётов (cмеётся).

– Не устаёте в свои 66 лет?

– Меня часто посещают мысли, чтобы сократить количество фестивалей. И я впопыхах, в сердцах могу сказать: «Всё, больше не могу!» А потом снова занимаюсь этим. Но уже давно ищу человека, которому мог бы всё это передать. В советское время многое делалось на энтузиазме, на небольших деньгах. А сейчас люди приходят и сразу хотят приличную сумму, ничего пока не умея. Другое поколение, другое мышление. У меня очень профессиональная команда, но всё равно это люди либо среднего возраста, либо чуть больше среднего, но нет молодёжи, которая должна гореть. Это не значит, что их вообще нет, просто я пока таких не встретил. Но уверен – встречу.

– А что бы вы могли пожелать молодым режиссёрам, сценаристам, операторам, рвущимся в эту профессию?

– Пожелал бы думать прежде всего о творчестве. А потом уже о материальном достатке. Потому что кинематограф – это искусство, а не киноиндустрия. Сейчас в кино нет героя, нет идеала, к которому мы бы хотели тянуться. Для меня до сих пор лучшая картина – это «Баллада о солдате» Григория Чухрая и Валентина Ежова, получившая 100 (!) зарубежных призов и отмеченная Ленинской премией. Более целомудренного фильма о любви не знаю. И повторить этот феномен при всём желании невозможно.

Я помню, кто-то из иностранцев, приезжавший ещё в советское время, сказал нам: «Вы счастливые люди, вы не знаете, как вы хорошо живёте». Мы говорили: «Да как? У вас там всё изобилие!» После двух своих аварий – в 2006 и 2021-м – это понял. Пришло ощущение, что материальные ценности и материальные блага – это всё ничто. У меня есть только квартира. Машины, дачи – нет. Но мне не надо. Я стал насыщать свою жизнь максимально тем, что мне нравится. Очень сложно жить как нравится, как хочется. Это масса издержек. Но я не могу заниматься нелюбимым делом. Для мужчины очень важно, иначе он сделает несчастным и себя, и семью. А ещё – и это тоже пожелание молодым – хочу видеть какую-то надежду в кино. Хочу видеть позитив. Не хочу смотреть во мрак. Мне кажется, искусство всё-таки должно давать надежду и свет.

Для меня важен идеал. Я помню давний фильм Юлия Райзмана и Евгения Габриловича «Коммунист» – потрясающую по силе воздействия картину. И как это было сделано! Сейчас таких картин нет. А ещё молодым необходимо чувство меры: чтобы не заболтаться, не перейти грань, не уйти в излишнее словоблудие – вот этого сейчас многим не хватает.