Записки счастливого неудачника. – М.: Новый ключ, 2012. – 256 с. – 500 экз.
Автора этой книги Бориса Григорьевича Яковлева хорошо знали и помнят многие журналисты и писатели. Свои воспоминания Яковлев завершил незадолго до смерти, но вышедшую книгу, к сожалению, не увидел. А охватывает она всю его восьмидесятилетнюю жизнь, начинавшуюся со страшных военных годов, голодных послевоенных, когда деревенский паренёк, росший без отца, с больной матерью, вязал снопы «в лаптях, обычно мокрых, единственной тогда моей обуви» и читавшего при свете лучины. Мог ли он тогда думать, что окончит четыре высших учебных заведения, станет профессором филологии и будет работать на вершине власти – в ЦК КПСС? Позже Б. Яковлев был заместителем главного редактора журнала «Журналист», первым секретарём правления Союза журналистов СССР, первым заместителем главного редактора «Литературного обозрения».
Этап за этапом описывает Борис Григорьевич свою жизнь, его бесхитростный искренний рассказ о повседневной работе раскрывает механизм партийного руководства печатью, секреты редакционного процесса, сложности аппаратной службы. Важнейшие общественно-политические и литературные проблемы отражены в эпизодах, связанных с М. Шолоховым, Л. Леоновым, В. Высоцким. Мне особенно интересно было читать главы, посвящённые работе Бориса Яковлева в секторе газет отдела пропаганды ЦК КПСС, в Союзе журналистов СССР. Как много давних знакомых встретил я на страницах книги! Автор даёт яркие характеристики многим персонажам, конечно, субъективные, с которыми подчас и не соглашаешься, но хорошо отражающие атмосферу и обстановку того времени. Зимянин и Севрук, Куприков и Власов, Александр Яковлев и Черноуцан, Чернышёв и Зубков, Суровцев и Лавлинский – фамилии, ничего не говорящие молодому читателю, но как много они значили для работников печати 60–80-х годов.
Почему Яковлев назвал себя счастливым неудачником? Да потому, что, поднявшись к карьерным высотам, взойдя на Олимп, не захотел, не сумел там удержаться. Был он не очень подобострастен к начальству, которое его от себя и отодвинуло. Но это не помешало Борису Григорьевичу продолжить активную и полезную литературно-критическую, научную, педагогическую и издательскую деятельность – и тем самым быть счастливым человеком. Рассказ о взлётах и падениях, об изломах судьбы придаёт сюжетную остроту книге.
В чём ценность таких в общем-то личных записок о прожитом? Личные-то личные, но когда сразу, а когда со временем они приобретают общественную значимость. Штрихи складываются в документы времени, а они пополняют летопись эпохи. Мемуарная литература оставляет живые свидетельства ушедшего, сохраняет аромат прошлого. Такова и книга Бориса Яковлева.
