Дуэль с гадиной

Знаменитый афоризм Александра Зиновьева «Метили в коммунизм, а попали в Россию» когда-то коротко обозначил суть деятельности советских диссидентов. Сейчас диссидентов нет, есть прозападные оппозиционные настроения, которые очень сильны среди кинематографистов. Метят уже не в коммунизм, но бьют по-прежнему по России.

«Я давно проклят»

Так говорит в начале фильма Алексея Мизгирёва «Дуэлянт» главный его герой. Создателями фильма проклят не только он, дворянин, вынужденный по их воле подрабатывать заказными убийствами на дуэлях (чего в действительности, разумеется, быть не могло), но и вся Россия XIX века, которую они весьма изощрённо выдумали и ненавидят. Есть за что, ведь в ней по сценарию:

Перманентно идёт дождь.

В столице всегда грязь.

Высший свет бесчестен и продажен.

Аморальны все.

Беспросветно всё.

Непонятно, как такая страна-уродина перевалила в следующий век. Один из предыдущих фильмов Мизгирёва «Бубен, барабан» тоже безысходен – здесь проклята Россия конца ХХ века. Не общественный строй, установленный в ней, не 90-е годы со своим бандитским капитализмом, а люди, которые обречены на самоуничтожение.

Этот неизменный суицидальный тренд позволяет подобным фильмам побеждать не только на западных фестивалях, жюри которых не испытывают никаких симпатий к России, но и на отечественных, где к ней относятся ещё хуже. И к современной, и к советской, и к царской – к любой. В доказательство этого тот же канал (НТВ) показал церемонию вручения премии «Ники», на которой «Дуэлянт» получил шесть номинаций и победил в трёх.

Головы «Ники»

Некоторые критики и многие киноманы полагают, что особенность «Ники» в том, что она начиналась как антисоветский, а продолжает своё существование как антироссийский фестиваль. Насчёт антисоветскости. Российские кинематографисты в конце 80-х внесли весомый вклад в развал страны, не предполагая, правда, что разрушают не только постылую советскую власть, но и фундамент всей своей жизни – отечественную киноиндустрию.

«Нику» тридцать лет назад основал и с тех пор неизменно ведёт её церемонию лидер кавээнщиков Баку и кинематографистов Москвы Юлий Гусман. А президентом её кино­академиками в 2013 году избран Андрей Михалков-Кончаловский, который был очень удивлён (хе-хе), что его «Рай» взял все главные призы фестиваля 2017 года: лучший фильм, лучший режиссёр, лучшая актриса.

Не будем подробно оценивать художественные качества лауреатов «Ники» (тем более что это мы уже делали), а посмотрим-ка на них с колокольни, так сказать, народной приязни (был ли у них успех в прокате, какой или не было никакого?), а также их отношения к России (любят, не любят, к сердцу прижмут, к чёрту пошлют?).

«Рай», о котором мы писали («Верю! Не верю!» 7.02.2017), в смысле народной любви выглядит очень блёкло, зритель «Рая» не захотел. Да и предполагался фильм, как это в последнее время всё чаще происходит, не для русского зрителя. Что там о России? Ничего, только упоминания о Чехове, его невесте Дуне Эфрос, а также о Сталине, которого хвалит немец-нацист...

В четырёх номинациях (лучший сценарий, звукорежиссёр, лучшая мужская роль и роль второго плана) победил фильм Юрия Арабова и Николая Досталя «Монах и бес», о котором мы тоже писали («Частица чёрта в нас» 21.09.2016), он также провалился в прокате. Жаль, что этот фильм не показали по телевизору. Зрители, привык­шие к бесовщине на голубом экране, могли бы убедиться в том, что совсем не так страшен чёрт, как его малюют, он очень милый, его даже можно перевоспитать. Реабилитация дьявола в духе новейших европейских веяний, начатая Арабовым и Сокуровым в «Фаусте», набирает обороты.

Больше всего номинаций (8!) у фильма Кирилла Серебренникова «Ученик», но победа была всего одна, которую к тому же он разделил с фильмом Владимира Мирзоева «Её звали Му-Му», – в номинации «лучшая женская роль второго плана» отмечены соответственно Юлия Ауг и Елена Коренева. С прокатом, как вы уже догадались, здесь тоже было швах, а о том, какой извращённо кошмарной страной в этих фильмах предстала Россия, мы уже писали в заметке «Судьба проститутки» (26.10.2016).

«Зоология» – драма о россиянке, у которой… вырос огромный хвост! – была номинирована, но ничего не получила. Странно, ведь картина в тренде, заработала множество призов на МКФ, будет прокатываться в США и Англии, где, видимо, любят фильмы про русских обезьян.

Недодавили

А вот фильм Алексея Красовского «Коллектор», на удивление, заработал приз «Открытие года». Действительно, для «Ники» это открытие. Живая лента – не о какой-то выдуманной, кошмарной России, а об идиотском жизнеустройстве в ней, когда можно подло, беспощадно и безнаказанно вторгаться в частную жизнь и выколачивать банковские долги. Константин Хабенский очень хорошо сыграл мерзавца, который начинает понимать, какой он мерзавец. Здесь мимоходом изобличается и мир шоубиза, рождающий пустышки, вокруг которых производится много шума (как часто и бывает на кинофестивалях). Впечатление испортила толика мелодраматизма: в то, что герой, который предельно цинично «достал и убил» сотни должников, может вдруг пожалеть покалеченную собачку, конечно, очень хотелось поверить, но не поверилось. Однако в «Коллекторе», в отличие от всех перечисленных, было что-то настоящее, сегодняшнее, не высосанное из пальца, и, кстати, он, единственный из победителей, кто окупился в прокате.

Но главными на церемонии «Ники» оказались всё же не фильмы, а… политические демарши. Александр Сокуров вступился за оппозиционных активистов; документалист Виталий Манский громогласно посетовал: «Мы про..али Россию». А в стихотворном фельетоне Дмитрия Быкова, зачитанном с выражением Ярмольником, сокуровская «милость к падшим» и самобичевания Манского в диалектическом прыжке были переплюнуты: прозвучала недвусмысленная угроза – «на новом неизбежном вираже» додавить гадину. Всё это поначалу выглядело отчаянной фрондой, бунтом на корабле, а потом… как сказать, чтобы никого не обидеть, несколько инфантильно. «Пьют не по таланту». Что эти господа сделали для России такого, чтобы она стала к ним прислушиваться? Сняли «Броненосец «Потёмкин», «Иваново детство», написали «Бесов»?

Здесь режиссёры, творящие самое массовое искусство, и собственно массы – в непримиримом конфликте. Имевший настоящий зрительский успех «Экипаж» Николая Лебедева на «Нике» даже номинирован не был, как и немногие другие хорошие фильмы, выходящие по недосмотру фестивальной общественности. В том, что «кончается искусство, а почва и судьба не дышат», обвиняют кого угодно, только не себя. Статуэток много, а счастья нет. Кто виноват? Россия, её народ, который «не с нами», гадина, которую нужно додавить?