Дух эпохи

КНИЖНЫЙ РЯД

Светлана Степанова. Всё начинается с детства. Кострома, 30-е годы и далее. – Кострома, 2011. – 80 с.: ил. – 500 экз.

Книгу автор заканчивает фразой: «Вот такими получились мои воспоминания о моём счастливом детстве, юности и многом другом». Непостижимо! Журналистка, поэтесса, актриса-любительница Светлана Степанова родилась в 1921 году в глубинке, в простой, отнюдь не состоятельной семье, была студенткой, когда грянула Великая Отечественная, работать начала в 1942-м. Она пережила бедность и бытовые неустройства, не понаслышке знала, что такое произвол и несправедливость. Но таков нравственный потенциал нашего народа и автора как его частицы, что пишет она о своих счастливых молодых годах.

Конечно, в книге особый интерес представляют страницы, посвящённые встречам со «знатными» родственниками автора – художницей Варварой Степановой и её мужем – знаменитым фотографом Александром Родченко. Довелось ей увидеться и с женщиной фантастической судьбы – курьершей журнала «СССР на стройке» Милочкой, ставшей впоследствии литературным секретарём Алексея Толстого и его женой…

А главное – точное описание примет времени, конкретики, без которой не ощутить дух эпохи. Например, рассказывая об одном из актёров Костромского театра, Светлана Степанова попутно замечает: «Он был женат на красивой кассирше театра Лидочке. Половина их дома принадлежала её родителям, в своё время приехавшим из деревни. Надо понимать, что они там были зажиточными людьми, а когда началось раскулачивание, многие, бросив в деревне свои дома, кинулись в город. Они покупали домики у обывателей, устраивались работать, а во дворе заводили своё хозяйство: свиней, кур, коров. Так и у жены актёра была во дворе корова, которая и кормила их в голодные годы».

Или история о том, как женщине – секретарю парткома Ленинградского трамвайного парка сердобольные кондукторши принесли мебель, где-то, видимо, украденную, – бери, мол, бери, а то у тебя комната совсем пустая. В числе прочего принесли стул красного дерева с кожаным сиденьем. Он ей так по­нравился, что она возила его по всем городам, где ей довелось жить и работать. А потом, побывав на экскурсии в Ленинграде, в домике Петра I, женщина поняла, что «её» стул украден оттуда, – и вернула его в музей. Разумеется, безвозмездно. На мой взгляд, история поинтереснее, чем у Ильфа и Петрова.

Юрий БАРАНОВ