Леонид Немцев. Две Юлии: Роман. – М.: Флюид ФриФлай, 2018. – 400 с. – (Книжная полка Вадима Левенталя). – 1000 экз.
Роман Леонида Немцева – поэта, филолога, преподавателя из Самары вышел в 2018 году в Москве. А пятью годами ранее, в 2013 году, рукопись книги была выдвинута на премию «Национальный бестселлер» писательницей и критиком из Санкт-Петербурга Натальей Курчатовой.
«О чём этот роман? О памяти и воображении. Об индивидуальном счастье. О возможностях прозы. О поэзии как естественном проявлении разума в человеке. О замедлении времени в сознании», – так определяет свою книгу Леонид Немцев.
Роман «Две Юлии» – это, безусловно, проза, построенная по всем законам жанра. Однако автор не спешит вести читателя за сюжетом, а погружает его в мир чувств и ощущений, в том числе активно задействует визуальное восприятие: «Она подсвечивалась изнутри, даже её домашняя кофточка сияла каждой жёлтой косичкой».
Особенность романа в том, что на его страницах писатель демонстрирует широкие возможности художественных средств и приёмов, характерных для поэтической речи. В частности, Немцев играет эпитетами: пляжные кафе он называет липкими, пивную этикетку – пронзительно-синей, а вкус марципановой конфеты – цветочным, выдержанным в райских тонах.
Повествование строится так, что время как будто становится медленным и тягучим, а каждая мелочь приобретает значимость и вес. О таком эффекте замедленного времени пишут в отзывах читатели. И это сближает произведение с поэзией. В то же время в романе чётко прослеживается сюжет, а образы героев детальны, прописаны до мелочей, что характерно для прозы.
Книга рассчитана на вдумчивого читателя, готового погружаться в глубины сознания, вникать, размышлять, сопоставлять. На страницах романа поднимаются вопросы воспитания и памяти, культуры, воображения. Проблемы сознания центрального персонажа романа, от лица которого ведётся повествование, – невозможность восприятия поэтической речи и кратковременная память – находят метафорическое отражение в образах главных героинь – двух Юлий.
Текст, кажется, насквозь пропитан поэзией, и это касается не только формы, но и содержания. Чего стоят пространные рассуждения о литературе ещё одного персонажа – Яшиного дедушки, профессора физмата: «…Мы увлекались Хемингуэем, Ремарка вырывали друг у друга, Голсуорси этого нудного, собирали все переводы Шекспира. Много всякой попадалось поэзии. Все мои однокурсники знали, кто такой Вячеслав Иванов или Игорь Северянин. Я сейчас не говорю, что вы их не знаете, вы-то должны их изучать. Блока и Мандельштама должны учить, как Псалтырь бабушкину. Но тогда это было другое дело – гром среди ясного неба. А Пушкин – это луч света среди бури. И, знаете, бури такой пыльной, с песком, с шелухой, с иголками, с гвоздями. Такая буря была у всех в голове. Я от Пушкина ахнул. Свежесть!»
Можно сказать, что «Две Юлии» – это своего рода сплав поэзии и прозы, сюжетного и образного, внешнего и внутреннего.
Как рассказал сам Немцев в одном из интервью, задачи определить свой метод каким-то особым термином он не ставил. Однако писатель отметил, что ранее, в конце 90-х, совместно с литератором Андреем Темниковым и художником Сергеем Рутиновым, они придумали определение «киберэстетизм», то есть эстетизм, который поддаётся управлению. По убеждению Немцева, тоска современных людей – о созидательном, надмирном искусстве. Он предлагает путь, отличный от характерной для романтизма истории – о поиске величия внутри себя. Немцев призывает быть причастным к величию мира вне человека. И это в полной мере можно отнести к роману «Две Юлии».
Скрылёва Юлия
