Эхо столичного модерна

Александр Алиев

В былые времена по этой старинной замоскворецкой улице проходила начальная часть пути прямо от Кремля в сторону Золотой Орды. Здесь же в XIII–XIV столетиях селились татаро-монгольские военные и чиновники (баскаки), наблюдавшие за сбором и отправкой дани, а также дворцовые служащие, возившие к хану грамоты от великих князей. И до сей поры в Замоскворечье сохранился ряд названий, так или иначе связанных с Ордой: кроме Большой – улица Малая Ордынка, Большой и Малый Ордынские переулки, Ордынский тупик.

Позднее степняки пригоняли сюда на продажу замечательных своих лошадей, и сюда же съезжались со всех земель купцы. Торговля шла весьма и весьма бойкая. А по соседству с Большой Ордынкой, в районе современных Толмачёвских переулков, обитали своей слободой устные переводчики-толмачи Посольского приказа, обслуживавшие замоскворецких татар. Слобода граничила с обширной Кадашёвской «государевой хамовной» слободой, где мастерицы изготавливали для царского двора узорчатые ткани.

Постепенно социальный и этнический состав здешнего населения менялся, и к середине XVIII века улица, как и всё Замоскворечье, стала активно заселяться купечеством, в том числе старообрядческим. Это был тихий, закрытый район города – со своими характерными усадьбами и укладом жизни. Да и сама Большая Ордынка формировалась как место не парадной, а «настоящей» Москвы. И в отличие от ряда центральных районов улица почти не потеряла своего характера. Её не перестроили заново – она просто аккуратно менялась, сохраняя масштаб и атмосферу приватности.

Уцелевшие архивные документы точно определяют начало истории участка под современным номером 35 – конец XVIII столетия. На тот момент усадьбой владела статская советница Пелагея Ивановна Ермолова, а сама одноэтажная застройка была полностью деревянной и располагалась строго по периметру.

Во время пожара 1812 года усадьба выгорела дотла, однако спустя десяток с небольшим лет была полностью восстановлена. Новым её хозяином стал титулярный советник и кавалер Василий Сергеевич Рыков. При нём главный дом уже выходил фасадом на Большую Ордынку, а в глубине двора (в восточной части) был просторный сад.

Далее последовала череда смен владельцев, и к исходу позапрошлого столетия территория усадьбы оказалась разделённой надвое. Одна часть (прежний номер 473, а ныне 33) отошла московскому купцу 2‑й гильдии Ивану Петровичу Петрову. Именно тогда, в 1891 году, обветшавшие деревянные здания разобрали, а вместо них соорудили дошедший до наших дней двухэтажный каменный дом, объединивший жилой фасад с каменными же службами.

Проектированием сего дома занимался русский архитектор польского происхождения Мечеслав Густавович Пиотрович (1853–1912). В некоторых источниках он упоминается как Мечеслав Рафаил, а букву «М» в его инициалах современные путеводители иногда ошибочно расшифровывают как «Михаил». Принадлежал он к известной династии архитекторов Пиотровичей: его младшие братья Ольгерд и Владислав, а также сын Всеволод тоже связали свою судьбу с постройкой зданий в Первопрестольной.

М.Г. Пиотрович, работая в эпоху расцвета эклектики (историзма) и раннего модерна и специализируясь на крупных доходных домах и особняках, а также на церковных сооружениях в Подмосковье, умело сочетал декоративные элементы классицизма и новые планировочные решения конца XIX века.

Интересно, что его брат Ольгерд Густавович стал одним из самых плодовитых зодчих, возведя более сотни (!) доходных домов среднего класса и во многом определив облик Москвы предреволюционных десятилетий.

Что касаемо другой части разделённой усадьбы на Большой Ордынке (тогдашний номер 679, нынешний 35), то она до 1899 года оставалась «пустопорожней землёй», пока её не приобрёл почётный гражданин города Николай Васильевич Кузнецов. Но уже довольно скоро он перепродал своё владение супруге поручика 5‑го гренадёрского Киевского Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича полка Елене Алексеевне Астафьевой. По её заказу здесь был поставлен также двухэтажный каменный жилой дом и также с главным фасадом на улицу. Декор его – чрезвычайно сдержанный, однако несущий лёгкий отпечаток модерна в виде обрамляющих окна волнистых линий. В 1903 году Владимир Дмитриевич Адамович – заметная фигура в архитектурном сообществе тех лет, в своё время один из помощников прославленного Фёдора Осиповича Шехтеля, – устроил в северной части проездную арку (позднее заложенную, вследствие чего фасад стал «глухим»). Дом имел две лестничные клетки: парадную – со стороны Большой Ордынки и «чёрную» – со стороны двора.

Внутренний объём отличался завидной просторностью и даже роскошью: первый этаж занимали пять комнат, кухня, ванная, две прихожие и коридор, а второй – семь комнат, кухня, ванная, две прихожие и чулан.

А в 1913‑м было принято довольно неожиданное решение: приспособить одно из помещений под стоянку личного автомобиля хозяев. И для этого произвели переделку: увеличили окна, сделали пролёт в поперечной стене и вмонтировали в кирпичную кладку две небольшие утермарковские печи.

После Октябрьской революции усадьба, как и почти все частные городские владения, была национализирована, и её сооружения стали использовать под коммунальное жильё и опять-таки под гараж/стоянку для ведомственного транспорта. Из-за уплотнения и перепланировок сильно изменилась внутренняя структура верхнего этажа: бывшие парадные комнаты делили перегородками, а лестницы и анфилады упрощали.

Уже в позднесоветское время (1978–1979 годы) прошла масштабная реконструкция квартала: одноэтажное деревянное здание на территории владения 33 подверглось сносу, и на его месте появилось здание из камня. Аналогичное – но только нежилое – здание в глубине владения 35 надстроили вторым этажом, и, кроме того, к нему был пристроен двухэтажный объём, занявший часть соседней территории. Таким образом, граница между обоими участками заметно «уехала» к северу, и старая их планировка окончательно перестала совпадать с теперешней, равно как и один и тот же дом в прежних источниках может фигурировать под разными номерами или в составе разных владений и с разными хозяевами.

Сегодня бывший особняк Е.А. Ас­тафьевой находится в хозяйственном ведении Главного производственно-коммерческого управления по обслуживанию дипломатического корпуса (ГлавУпДК) при МИД Российской Федерации.