В Театре им. Моссовета идёт премьерный спектакль «Волки и овцы» по одной из самых известных и любимых публикой во все времена пьес Александра Островского. Идёт с неизменными аншлагами, потому что в главной роли занята народная артистка России Валентина Талызина.
Она появляется в коляске, которую везут то ли преданные ей по действию люди, то ли служители театра. Её горячо приветствуют окружение на сцене и публика в зале. Все понимают, что эти аплодисменты относятся ещё не к героине спектакля «Волки и овцы» Меропе Давыдовне Мурзавецкой, а к любимой народом актрисе. Именно на неё пришли посмотреть зрители, именно её волшебный голос пришли услышать. Ведь им она может передать все мыслимые и немыслимые оттенки чувств, а порой и неясные ощущения, которые способен уловить лишь тот, кто познал бездны страдания и глубины счастья. И вся эта огромная палитра эмоций, что рождается в человеческой душе, подвластна Валентине Илларионовне Талызиной.
А мне хочется не только поговорить о новой работе актрисы, но и попытаться хоть на йоту проникнуть в природу её таланта, который креп и расцветал в течение всей её жизни. И когда она играла сложнейшие по характеру роли, и когда читала стихотворные программы, и когда дублировала самых разных актрис, оставаясь при этом самой собой – великой кудесницей театра и кино.
Так случилось, что благодаря ей мне открылся крупный план не в фильмах, что вполне естественно, когда актёра снимают одного в кадре, а именно на сцене театра. И произошло это в том самом премьерном спектакле «Волки и овцы», когда её вовсе не выделяли среди других исполнителей световым лучом или особой мизансценой, что намеренно выстраивает режиссёр, подчёркивая значимость персонажа. Но почему же тогда в общих сценах только на неё устремлялись взоры зрителей, которые ловили каждый поворот её головы, каждый её взгляд, не в силах оторваться от этого прекрасного лица? Может быть, потому, что героиня Талызиной была наполнена такой напряжённой внутренней жизнью, что это создавало непредвиденный эффект: среди бесконечных смен нарядов персонажей, криков, пения и всего, что сделано по выжиманию смеха в зале, вдруг рождались естество и правда, к чему тянется душа наша, отвергая то, что ей чуждо.
Декорации, придуманные художником Марией Рыбасовой, легко двигаясь, превращаются то в улицу, то в дом Мурзавецкой, то в дом Купавиной. И в этих переменах, как в цифровом мире, всё начинает казаться нереальным – обстановка, хозяева, их гости. И ты почему-то никого не выделяешь, ни за кем не следишь, а главное – ни за кого не переживаешь. Все кричат, автоматически меняя не только экстравагантные наряды художника по костюмам Виктории Севрюковой, но и свою изначальную суть, которая, хочется верить, у них всё же была. Все чего-то хотят и вроде бы к чему-то стремятся. Но резкие движения, громогласное пение и жуткие вопли выливаются на публику без какой бы то ни было попытки персонажей к размышлению, сожалениям, страхам, покаянию, печали… Всё здесь лишь жажда потребления. И всё – мимо счастья и мимо самой жизни. Как будто на сцене роботы или участники скандального шоу, и они только озвучивают слова пьесы Александра Островского, выполняя единственную функцию – любым способом рассмешить зрительный зал. И только Меропа Давыдовна Мурзавецкая остаётся живой и естественной: в придумывании каверз на благо родни, в раскаянии за грехи свои, в любви к ближнему и в искренней радости, что всё хорошо закончилось.
Может быть, режиссёру Игорю Яцко показалось, что снятие остроты и драматизма в пьесе Островского сделает её понятной тому зрителю, для которого деньги, успех и комфорт являются сегодня чуть ли не подвигом, а духовная жизнь и желание познать её глубину – уродством?! Или он побоялся оскорбить кого-то в зале тем, что драматург Островский сравнил людей с волками и овцами, и он все перипетии пьесы об опасностях жизни в обществе решил превратить в милую шутку, где алчность одних и трусость других должны пролететь перед нами как красочный и весёлый хоровод безликих существ?! Но вот незадача – исполнительница главной роли Валентина Талызина оказалась, вопреки нынешним попыткам обезличить личность, человеком нутра, а его невозможно ни убрать, ни скрыть. Ведь вся суть этой актрисы, что бы кто ни говорил, протестует против оскопления природы и творчества.
В предыдущем её спектакле, «Васса», поставленном Сергеем Виноградовым по пьесе Горького «Васса Железнова», Валентина Талызина тоже играла главную роль. Известно, что она долго вынашивала мечту о ней и ещё дольше добивалась воплощения её на сцене родного театра, которому отдала 60 лет ко времени выхода премьеры. Руководство всячески сопротивлялось этой идее и в конце концов всё-таки разрешило осуществить постановку на малой сцене. И когда на «Вассу» обрушился успех, было разрешено перевести её на основную сцену, отчего все только выиграли – и само зрелище, ставшее более ярким и значительным, и актёры, и касса театра. Но меня в этой ситуации больше всего поразило то, что народной артистке России, прослужившей верой и правдой Театру имени Моссовета всю жизнь, пришлось долго просить и ждать того, что не нуждается ни в просьбах, ни в доказательствах. А в результате «Васса» оказалась тем прорывным спектаклем, в котором, несмотря на многое, что облегчало восприятие драмы Горького (танцы, песни, романсы), была и сила характеров, и яркость личностей, и то трогательно-щемящее послевкусие, что оставляет в душе глубокий след. А заварила всю эту сценическую симфонию, сыграв в ней мощно и страстно главную партию, Валентина Талызина.
Кстати, спектакль «Волки и овцы» тоже был давнишней мечтой Талызиной и стал реальностью тоже далеко не сразу. О том, что пришлось пережить при этом актрисе, можно только догадываться. А не так давно в одной телевизионной передаче я узнала о третьей заветной мечте Валентины Илларионовны – «Пиковой даме» Александра Пушкина и роли старой графини. Но ещё она мечтает о том, чтобы в этом спектакле приняли участие её дочь и внучка, тоже актрисы. Что ж, если в весьма почтенном возрасте (97!!!) народная артистка СССР Вера Васильева играет в спектакле Малого театра эту легендарную старуху, почему бы на сценических подмостках Моссовета не воплотить её Талызиной?! Наверняка это будет грандиозный спектакль, вдохновлённый её талантом, мудростью и любовью. И зрители испытают восторг, который может подарить только она – воистину русская актриса, которая в силу своего мощного характера сумела достичь совершенства в избранной ею профессии. И в ней, как всегда, зрители обнаружат не только текст роли, но и свою собственную судьбу, свои потаённые мысли, чувства и желания. В чём и кроется, на мой взгляд, уникальный дар этой актрисы, которая всегда больше того материала, который берётся играть.
И ещё одну ипостась нельзя обойти, говоря о Валентине Талызиной. Это чтение стихов. Когда я слушаю в её исполнении произведения великих поэтов-классиков и современных авторов о любви и милосердии, о горе и счастье, о христианском терпении и смирении, душа моя взлетает в небеса не только от смыслов, но и от её голоса: нежного, глубокого, проникновенного – неповторимого! Не случайно Михаил Славкин, худрук Детской хоровой студии Союза композиторов России «Преображение», пригласил её какое-то время назад в программу по рождественским стихам Иосифа Бродского, когда услышал, как она читает, и был поражён её мастерством до слёз. А я недавно в разговоре с доктором медицинских наук, кардиохирургом Александром Николаевичем Лищуком, когда речь зашла об актёрах, обмолвилась о Валентине Талызиной. «Какой у неё удивительный голос!» – вдруг мечтательно произнёс он.
* * *
Может быть, любовь самых разных людей к актрисе Валентине Талызиной объясняется ещё и тем, что она – от начала до конца, во всех проявлениях – своя, родная, близкая, понятная нам до боли?! И мы верим её героиням вовсе не потому, что она пытается оправдать любые их слова и поступки. Просто природа её таланта не допускает ни грана фальши. И всё, что она делает в кино и на сцене, естественно и органично, как сама жизнь.
