Другим потрясением стала война за освобождение балканских славян. В письмах той поры он был предельно откровенен: «Соединение химического и физического обществ интересует меня гораздо меньше, чем то, что турки перерезали 30 тысяч безоружных стариков, женщин и ребят. Плевать я хотел на все ваши общества, если они всякими научными теориями никогда не уменьшат вероятности совершения подобных вещей…» Бросив учёбу в Горном институте, Гаршин отправился добровольцем на войну. Был ранен, получил офицерский чин. Трудно представить, чтобы сегодня какой-нибудь начинающий автор отправился воевать, допустим, за Новороссию – он скорее будет сидеть в Фейсбуке, прилежно писать комплиментарные реплики мэтрам и рассылать свои тексты по редакциям. А вот у Гаршина не было выбора. Он просто не мог иначе.
Итогом его военных впечатлений стали рассказы «Четыре дня» (написанный в госпитале после ранения), «Очень коротенький роман», «Трус», «Из воспоминаний рядового Иванова». К молодому писателю пришла слава, его приглашали в модные салоны, а журналы предлагали ему опубликоваться на выгодных условиях. Сам Салтыков-Щедрин взял его под опеку. Располагала к себе и внешность Гаршина – так, он позировал Илье Репину для картин «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года» и «Не ждали». Казалось бы, карьера состоялась, нужно просто не сходить с выбранного пути, писать, печататься, получать гонорары… Но острое восприятие несовершенства мира и нервозность выливались в тяжёлые депрессии, а следом начинались длительные приступы душевной болезни, что перечёркивало все достижения. Сам он прекрасно понимал, что обречён, и скрупулёзно описал состояние помутнения рассудка в страшном рассказе «Красный цветок».
Родные и друзья делали всё возможное для его излечения – нанимали лучших докторов, помещали пациента в престижные клиники, подыскивали ему «не пыльную» работу, чтобы у него оставалось время на творчество. И в какой-то степени именно этим людям мы должны быть благодарны за то, что писатель освобождался от болезни и продолжал работать, создавая всё новые и новые произведения. Не очень просвещённому современному читателю Гаршин известен разве что как автор «Лягушки-путешественницы», а ведь он был основателем психологического рассказа. Во всяком случае, именно под его пером окончательно оформился данный жанр.
Жизнь интересовала его во всех ракурсах. В рассказе «Надежда Николаевна» поднимается тема «падшей женщины», впоследствии развитая Чеховым, Куприным и др. Рассказ «Художники» повествует о сложном выборе живописца между лёгким успехом и серьёзным искусством. Гаршин, кстати, и сам недурно рисовал, а также выступал в роли критика живописи, посещая выставки и водя дружбу с художниками. Но болезнь оказалась сильнее всех планов и стремлений – в возрасте 33 лет он бросился в лестничный пролёт с четвёртого этажа… Чехов посвятил ему рассказ «Припадок», набросав душевно-психологический портрет покойного. Впрочем, если говорить о Гаршине, то лучше почитать его самого, ведь он написал о себе куда подробнее.
