В среду позвонил Антон. Человек не появлялся много лет, потому звонок его не предвещал ничего хорошего.
– Привет, есть минута? – сказал он, как будто мы только вчера расстались. – На днях хотим наконец-то классом собраться, 30 лет выпуска отметить, придёшь?
Короче, встречаемся через неделю в ресторане «Пурга» на Снежной улице!
* * *
– Ты куда это на ночь глядя собрался? – спросила жена через неделю.
– Туда… – я указал рукой в направлении, в котором, как мне казалось, должен был находиться ресторан «Пурга».
– Смотри, не напивайся там! А то как в прошлый раз проснёшься под насыпью железной дороги в районе Наро-Фоминска!
Ресторан «Пурга» был мрачным и душным заведением. За длинным столом уныло сидело человек десять совершенно мне незнакомых, потрёпанных жизнью людей – моих бывших одноклассников.
– А ты совсем не изменился, – сказала толстая тётка. – Я – Лена Журавлёва, помнишь меня?
Обычно я не помню, что было вчера, поэтому и школьные годы как в тумане.
– Конечно, помню. Ты с Лёхой на физике сидела.
– Не с Лёхой, а с Сергеем. А ты был хулиганом и всегда торчал за последней партой.
– Возможно, – я опрокинул в себя рюмку. – За встречу!
– На, закуси! – предложил Денис и сунул мне под нос солёный огурец, нанизанный на вилку.
– А-а-ам! – неожиданно для всех побитая молью отличница Катя Коровина решила пошутить и игриво перехватила большим ртом предназначавшийся мне овощ. Я позавидовал её реакции.
Повспоминали школьные годы. Посетовали на быстро летящее время. На этом можно было бы и закончить – я томился и хотел домой.
– А давайте потанцуем! – вскричала Оксана, молодящаяся дама с повадками девчонки.
Ко мне подошла Лена и взяла за руку. От Лены пахло потом, вином и салатом. Я положил руки на упругие, обтянутые синтетической тканью жировые складки – туда, где по идее должна быть талия. Некоторое время мы чинно покачивались в такт музыке. «А белый лебедь на пруду качает павшую звезду…» – звучало из динамиков.
– А знаешь, Андрей, – сказала Лена. – Я год назад с мужем развелась!
«Офигеть! – хотел сказать я, но сказал: – Сочувствую!» И представил счастливое лицо её мужа, глотнувшего наконец воздуха свободы.
– Ты мне в восьмом классе очень нравился, – продолжила Лена и томно на меня посмотрела.
– Э… – сказал я.
– Может, мы…
Но тут музыка кончилась, и я ушёл в туалет. Начало было многообещающим, решил я.
На выходе из туалета меня поймала Оксана.
– Пойдём покурим! – предложила она.
Мы вышли на воздух. Оксана глубоко затянулась тонкой сигаретой.
– Если бы можно было вернуть то время, я бы многое сделала по-другому, – сказала она. – А ведь я любила тебя, Андрей! В девятом классе!
– Странно… А что же ты тогда мне об этом не сказала?
– Девушка не должна признаваться в любви первой. Но сейчас у нас есть возможность всё исправить!
– Мне надо ещё выпить, – сказал я и вернулся к столу.
– А кто это у нас такой грустный? – спустя минуту ко мне подвалила разгорячённая танцами Катя.
– Я не грустный, я сосредоточенный, – сказал я с набитым ртом.
– Да ты всегда был аутистом! Впрочем, это даже возбуждает в некоторых мужчинах! Помнишь, у тебя был телескоп?! И хомячки!
– У меня и сейчас есть телескоп. Прямо с собой, – пошутил я, но Катя не поняла юмора.
– Я давно хотела тебе сказать…
– Ты любила меня в третьем классе?
– Не в третьем, а в десятом!
– Определённо, всё стоит начать сначала.
– Да, можно поехать ко мне на дачу.
– Ок, жди меня на улице!
Убедившись, что винтажная Катя свалила в гардероб, я снял с вешалки куртку, запихнул во внутренний карман початую бутылку водки и пошёл, опрокидывая столики, искать чёрный ход.
– Внимание, миграционный контроль! – сказал я, предъявив сотрудникам кухни пачку «Винстона» с надписью «Мучительная смерть». – Всем приготовить медицинские книжки и свидетельства о регистрации!
Пока официанты и повара спорили, стоит ли меня побить здесь и сейчас, я отыскал потайную дверь и вышел на улицу. Крыши автомобилей были покрыты мокрым снегом. Я чувствовал себя юным, мудрым и неуязвимым. Железнодорожная насыпь, словно первая любовь, ждала меня в районе Наро-Фоминска.
Андрей Привалов
