Татьяна Кормилицына
Хватит вам уже таращить глазки,
Каждый габаритами с пятак!
Нет, не все воздушные
гимнастки
Выглядят на пенсии вот так.
Это я теперь… почти старуха.
А была когда-то егоза:
Гибкая как прутик, легче пуха,
И порхала, словно стрекоза!
Кушала, как птичка канарейка —
Ни полграмма жира и муки!
Ручки, ножки, талия и шейка
Были до прозрачности тонки.
Да меня подкидывать под купол
Было удовольствием сплошным:
Весила-то я не больше куклы,
Килограммов сорок
с небольшим.
Так бы и сидела на диете
Из морковки-хрена-огурцов…
Но однажды в цирковом буфете
Появился повар Холодцов.
Ах, какие делал он тефтели,
Пиццу, хачапури, шашлыки!
Аромат вдыхая, люди млели,
Если выпекал он пирожки…
Покорилась я его харизме,
Аппетит внезапно ощутив, –
И в моём тщедушном организме
Поселился бодипозитив.
Быстро набирались килограммы,
И страховки стали подо мной
В ходе исполнения программы
Лопаться – за вечер по одной.
Без страховки высоты боюсь я!
Перешла в манеж. Беда и тут:
Кольца сорвала, погнула брусья,
Проломила фирменный батут…
Взял меня вольтижировщик Гога
Джигитовку делать… на слоне —
Так слону я отдавила ногу
И мозоль натёрла на спине!
Слоника, конечно, подлатали,
Передали в местный зоопарк.
Мне же в цирке шанс последний дали:
На костре сгореть,
как Жанна Д’Арк.
Но и с огневым аттракционом
Начались проблемы будь здоров:
Чтобы сжечь меня
по всем канонам,
Слишком много требовалось дров!
Вот тогда-то мне метлу вручили,
Объяснив доходчиво: «Давай!
Вон из цирка выметайся! Или
На манеж иди – и подметай!»
Согласиться мне пришлось
на это…
Виноват, конечно, Холодцов!
Не смогла бы жить я без буфета
И его волшебных голубцов!
Тряпками жонглирую я ловко,
Управляясь с веником и без.
Главное, что не нужна страховка,
И не напрягает лишний вес!
Не хочу совсем под купол снова,
Ни к чему мне слава и успех…
Я теперь по мужу Холодцова
И питаюсь в цирке лучше всех!
