Жители деревни не могли дождаться, когда у доктора Флягина кончится отпуск – так он всем надоел своими нравоучениями.
И вот долгожданный день наступил. Флягин и его жена уезжали из деревни в Питер. Они шли по пустынной улице, поскольку, завидев их, односельчане прятались кто куда, свиньи без оглядки убегали в лес, коровы в панике забирались на деревья. Первое живое существо повстречалось супругам лишь за околицей – едва вылупившийся птенец из-за скудости жизненного опыта не догадался бежать от ходячей истины в последней инстанции.
– Какой гадкий утёнок! – сочувственно вздохнула жена.
От этих слов в голове у Флягина заработал компьютер: в ближайшие дни ему предстояло заложить краеугольный камень в карьеру одного неудачника; вправить мозги знакомому недоумку; заставить хронического паралитика кататься на фигурных коньках. Всё можно отложить. Да, есть ещё ежедневное дежурство на «скорой». Но это уж совсем мелочь, которой можно пренебречь, когда из гадкого нужно сделать прекрасное.
– Ты езжай. Я остаюсь, – сказал он жене, отдавая ей чемоданы, рюкзак, сумку и складную тележку на раздвижных колёсиках. Себе оставил самое тяжёлое: пакет молока.
Отдалившись от жены, Флягин приблизился к утёнку:
– Другие утки тебя клевали? Толкали? Щипали?
На каждый вопрос птенец испуганно кивал головой.
– Щенок! Слизняк! Сопляк! – сделал вывод Флягин с присущими ему добротой и тактом. – Теперь каждое утро пробежка. Холодный душ. Массаж крыльев.
К вечеру, выполнив флягинский план преобразования, птенец уже мог уверенно блевать и биться в судорогах.
На следующий день Флягин отвёз упирающегося гадкого утёнка в ветлечебницу красоты. Там ему сделали пересадку шеи и удлинили перья. Затем в реанимацию явился стоматолог. Утёнок очухался от наркоза с полным клювом металлокерамики. Флягин сказал:
– Теперь не стыдно показаться среди своих.
С этими словами он швырнул подопечного в пруд, где плавали лебеди. Они тотчас окружили новичка и начали восторгаться:
– У тебя голливудская улыбка! Ты лебедь номер один!
От комплиментов утёнок оттаял. Возможно, он был бы не столь счастлив, узнай, сколько своих золотовалютных запасов потратил Флягин на деликатесы для лебедей, чтобы те согласились вешать ему лапшу на клюв.
