На минувшей неделе в России побывал президент Исламской Республики Иран Сейед Раиси. 19 января встречался с президентом Владимиром Путиным, выступил в Госдуме. Визит плановый, но не будет преувеличением сказать, что он ознаменовал новую веху в российско-иранских отношениях. А у них сложная, противоречивая история, даже если брать ХХ век.
Визит прошёл на фоне резкого обострения отношений России и коллективного Запада, с которым и у Ирана отношения в кризисе, как, впрочем, и с Израилем, и с союзническими государствами США – арабскими монархическими режимами Персидского залива.
История наших отношений с Ираном далеко не безоблачна, но и во времена СССР, когда в Иране (до 1979 года) властвовала шахская династия Пехлеви, у нас развивались отношения даже в военной сфере. Иран состоял в блоке СЕНТО (столь же агрессивном, как и блок НАТО), нацеленном на наши республики Закавказья и Средней Азии, но страна всё равно не рвала контактов с СССР. Существовал даже закон, принятый при шахе, в соответствии с которым офицеры иранской армии проходили подготовку и переподготовку в советских военных вузах. Немало иранских военных брали себе в жёны наших девушек, пары появлялись и среди «гражданских» студентов. Теперь в Иране внушительная российская диаспора – «русский мир» насчитывает едва ли не полмиллиона человек. Живут не только в Тегеране, но и в других частях страны.
На прошлой неделе руководители России и Ирана договорились, что будет подготовлено всестороннее соглашение о развитии сотрудничества в экономической, торговой и военной сферах. Последнее особенно важно для Ирана. Ведь к нему применяют не только санкции (уже в течение сорока лет), но угрожают и военной силой. Страну хотят склонить к условиям Запада, в первую очередь по так называемой ядерной сделке. В своё время Иран принял её, Россия тоже участник процесса, и мы были заинтересованы, чтобы Иран выполнял соглашение и смертоносное оружие не расползалось по миру. Но на Западе придерживаются версии, что Иран где-то в горах до сих пор тайно обогащает уран сверх положенных мощностей. Израиль оказывает серьёзное давление на США, убеждая Пентагон, что Иран стремится к обладанию ядерным оружием.
Тут важно отметить, что Иран, в отличие от Израиля, подписал соглашение о нераспространении ядерного оружия. Кроме того, опасения, что Иран стремится к господству на Ближнем или Среднем Востоке, представляются преувеличенными. Скорее именно Иран является мишенью для монархий Персидского залива.
Именно поэтому Иран тянулся к СССР (России), в том числе к сотрудничеству в военной сфере. Известно, что не состоялась сделка по приобретению у РФ комплекса ПВО С-300, о чём фактически договорились при президенте Ахмадинежаде. Но тогда со всех сторон давили на правительство президента Дмитрия Медведева, и Россия сказала «нет». А ведь Иран был готов заплатить почти 800 миллионов долларов. Друзья-иранцы тогда говорили: «Что же вы делаете? Мы берём С-300 как оборонительное оружие, а не для нападения. Мы могли бы защитить в первую очередь атомную электростанцию в Бушере – ведь вы её помогаете строить!» Увы… Бушер достраивали потом двенадцать лет. Иранцы всё удивлялись, что мы ставим под удар, как они говорили, «дело рук своих».
В Иране после срыва сделки стали скептически относиться к обещаниям России. Такие настроения были в межлисе (парламенте) Ирана, среди духовенства, в деловых кругах. Диалог продолжался, но иранцы вели его с оглядкой. Срывались торговые сделки и другие соглашения. В немалой степени это следствие 90-х, когда во многих министерствах у нас сидели «советники» из США, других «цивилизованных стран». Хорошо знаю это на таком примере: наши предложения по итогам работы Российско-иранского делового совета при ТПП и Центре изучения современного Ирана ложились под сукно. Иранцы выражали готовность развивать сотрудничество не только с Москвой, но и между своими провинциями и регионами РФ, а мы стыдливо опускали глаза, мол, время не пришло, давайте потерпим.
То, что происходит в последние 3–4 года, когда Иран стал членом ШОС и может войти даже в состав ОДКБ, активно подключается к евразийскому сотрудничеству, – весьма позитивный процесс. Надеюсь, в руководстве России в полной мере осознают важность иранского направления. Иран может стать не только стратегическим партнёром, но и стратегическим союзником. Часть серьёзных угроз была бы для нас снята со стороны так называемого южного подбрюшья, да и отчасти западного. Ведь Иран – мощная держава: 80-миллионная страна с большим мобилизационным ресурсом. Иран способен защищать не только свою землю, но и наши коллективные интересы.
В условиях, когда Россия испытывает беспрецедентное давление со стороны Запада, визит президента Ирана можно оценить как имеющий большие перспективы. Думаю, он получит нужное развитие.
Владимир Онищенко,
военный обозреватель Иран.Ру