Искрами вспыхнули росы

КРУГ

Наверно, возможно, а может, даже нужно
Когда-нибудь углы в овалы растянуть
И преобразовать простой квадрат в окружность,
Динамики познав вращающую суть.

Вращающую суть вселенского масштаба,
Где макро с микро вечной силой сплетены.
Где сверхчастицы свет невидимый и слабый
Легко пронизывает плоть любой стены.

Легко пронизывает плоть звучащей мощью
Поток пульсирующей россыпи огней.
И в трепете дубы, когда в соседней роще
Руладами частиц исходит соловей.

Руладами частиц свернёт в рулон пространство
И развернёт во множественность форм.
Квадрат статичен – да! Но нет в нём постоянства
И превращаясь в круг, не нарушает норм.

Не нарушает норм гармония вселенной,
Но утверждает безусловный постулат:
Ни в чём не может жизнь быть связанной и пленной,
Она в движение приводит и квадрат.

ТАИНСТВО ТИШИНЫ

Предпочитаю многословию молчание,
когда в душе покой и тихое звучание
в тиши парящих слов.
Их плавное почти амёбное движение –
неуловимое для взгляда отражение
на плоской глади снов.

Во снах расплывчаты слова и нет различия,
неузнаваемы правдивые обличия
и смыслом образ пуст.
Слова всплывают в тишине, легки как призраки,
безмолвно сталкиваясь, выявляют признаки
каких-то новых чувств.

Затем слова, встревоженные лёгким
трепетом,
своим воркующим новорождённым
лепетом
нарушат мой уют.
Очнувшись ото сна и скинув тяжесть
бремени
бесплодной пустоты, вне чувства
времени
начну над словом труд.

Нет, тишина не пустота.
Её таинственность
волнует душу, порождая слов
единственность,
которую постиг…
Созрели тишина, слова и многоточия,
намёки тайны, что в пределах
междустрочия
скрывали дивный миг.

ИСТИНА

Абсолютная истина, что ты?
У Малевича – чёрный квадрат.
У пчелы – шестигранные соты.
У садовника – зреющий сад.
Но в кружащемся коконе чисел,
в глубине, не имеющей дна,
спрятан твой удивительный смысл:
суть, что взгляду во тьме не видна.
Там таится закон раздвоенья
и единства всего и во всём.
Мы его от рожденья к рожденью
через жизнь в себе тайно несём.
Созревают плоды. Кружат пчёлы.
У Малевича чёрный квадрат.
Но художник рисуя учёл ли,
что цвет истины бел во сто крат?
Обнимает каймой чисто-белый,
до предела усилив контраст.
Но расширить квадрату пределы
белый цвет не даёт и не даст.
Абсолютная истина свята.
Есть ли смысл её мыслью ловить?
Но зачем тогда в бездну квадрата
Ариадны протянута нить?

ПРОЙТИ СВОЙ ПУТЬ

Мы в чаще бурелома,
где мраком стиснут свет,
где местность не знакома,
тропы известной нет,
где дней померкли числа,
пути затёрты карт,
размыты грани смысла
и каждый шаг фальстарт.
Но не остановиться.
Мы в поиске себя.
Летим подобно птице.
Нам ангелы трубят.
Торопимся на волю,
в один конец билет.
Не выбирая долю,
стремимся на просвет
сквозь чащу бурелома
с мечтою по судьбе
достичь родного дома,
а значит, путь к себе.
Безгрешным или грешным,
но всё душой любя,
пройдём ли путь успешно
не потеряв себя?