Искусство провокации

Александр Палладин

Выстрелами из пистолета его ранил член турецкой националистической группировки «Серые волки» Мехмет Али Агджа. До этого он убил редактора крупной турецкой газеты Milliyet Абди Ипекчи, был осуждён, но сумел сбежать и скрылся у представителей турецкой диаспоры, проживавших в Болгарии.

Иоанн Павел II, в миру Кароль Войтыла, был поляком, а в Польше в это самое время с его благословения подняла голову оппозиция. В связи с этим на Западе мастера фальсификаций и подрывных акций сочинили и запустили фейк о длинной руке Москвы, дотянувшейся, мол, и до понтифика, имевшего колоссальное влияние на земляков.

Cо вступлением Рейгана в 1981 году на пост президента США информационная война против нашего государства достигла апогея. В июне 1982 года, выступая в Лондоне, 45‑й глава Белого дома объявил крестовый поход против СССР, 9 месяцев спустя обозвал нас «империей зла».

Обвинения в адрес Москвы сыпались как из ведра. В том числе нам стали «шить дело» Агджи. Американский журнал «Ридерз дайджест» напечатал статью, что Агджа якобы выполнил заказ болгарских спецслужб, а те, в свою очередь, действовали по наущению Кремля, точившего зуб на Иоанна Павла II.

Автор статьи Клэр Стерлинг годом раньше выпустила книгу «Сеть террора», которую американский журнал «Каверт экшн» назвал «библией для дезинформаторов», что и подтвердил директор ЦРУ Уильям Кейси, который (цитирую книгу Оливера Стоуна и Питера Кузника «Нерассказанная история США») «пришёл в ЦРУ, чтобы «развязать войну против СССР».

По прочтении «Сети террора» Кейси уверовал в то, что мировой терроризм насаждает наша страна. И это притом, говорилось в «Нерассказанной истории США», что «эксперты ЦРУ знали, что Советы были принципиальными противниками терроризма».

«При встречах с Кейси мы пытались убедить его в том, что большая часть так называемых доказательств Стерлинг – чёрная пропаганда», – вспоминал Мелвин Гудман, служивший в ЦРУ главным аналитиком по СССР с 1966 по 1986 год.

Но Кейси такие разговоры тут же обрывал словами: «Я от Стерлинг узнал больше, чем от всех вас, вместе взятых».

«Ридерз дайджест» – популярнейший журнал для семейного чтения, и вскоре в США, наверное, не осталось никого, кто не думал бы о покушении на Иоанна Павла II то же самое, что глава ЦРУ. Публикацией в отдельно взятом издании этого, разумеется, не добиться бы, если б бабьи россказни не растиражировали наиболее влиятельные СМИ США вроде газеты «Вашингтон пост». На протяжении всей моей вашингтонской командировки она регулярно печатала материалы о деле Агджи, которое в её подаче превратилось в «дело Антонова» – болгарского представителя компании «Балканские авиалинии» в Италии, который якобы по заданию советских спецслужб помог турецкому террористу совершить покушение на Иоанна Павла II.

Каждая новая статья на данную тему начиналась пересказом очередной выдумки Агджи, на которые тот был горазд, после чего слово в слово повторялась вышеупомянутая версия. Сперва написанные как под копирку публикации я относил на счёт редакционной небрежности, пока не понял: делали это нарочно, чтоб крепко-накрепко вбить в головы американцам дезу Клэр Стерлинг, дополненную мастерами провокаций из Лэнгли.

Вышедший в отставку Пол Хензи тоже взялся за сочинительство на манер Стерлинг. Когда кто-то из сограждан упрекнул его в ненависти к народной Болгарии, Хензи «оправдался»: «Я к этой стране питаю самые лучшие чувства, поскольку царь Борис был союзником Германии в войне против большевиков».

В 1983–1984 годах вашингтонский журналист Майкл Доббс предпринял самостоятельное расследование: посетил Турцию, Болгарию и Италию, опросил десятки свидетелей, изучил множество документов. В результате он заключил, что «дело Антонова» дутое и основывалось лишь на показаниях турецкого террориста: «27‑летний турок, на чьих показаниях зиждется дело, постоянно демонстрировал свою ненадёжность как свидетель обвинения. Он десятки раз лгал либо опровергал собственные заявления… Суду не представили никаких доказательств выдвинутых Агджой обвинений в адрес болгарских должностных лиц, которых он называет сообщниками. Одержимость идеей причастности болгар настолько заворожила многих на Западе, что заставила их игнорировать наличие подлинного заговора с участием турок из организации «Серые волки».

Наблюдая в ходе суда за Агджой, Доббс пришёл к выводу, что для того истина – «рыночный товар», а сам он – «патологический враль»: «Свидетельские показания наёмного убийцы и клеветника, которого пытаются превратить в «разоблачителя безбожников-коммунистов», – плод его буйной фантазии либо пересказ баек и домыслов, почерпнутых из доставляемых ему в камеру газет и журналов».

На одном из допросов в римской тюрьме Агджа надиктовал 121 (!) страницу «поправок», «пояснений» и опровержений собственных показаний, которые он ранее дал, клевеща на официальных представителей Народной Республики Болгария в Италии. Что, впрочем, не помешало ему на каждом новом допросе «вспоминать» новые «свидетельства причастности» болгарских граждан к его злодеянию.

Из изученных Доббсом документов следствия явствовало, что покушавшийся на папу «решил сделать чистосердечное признание» в мае 1982 года, но своего «сообщника» Антонова впервые упомянул лишь полгода спустя, да и то походя. Стоило, однако, Агдже увидеть предъявленный ему фотоснимок Антонова, как его память «улучшилась». Точно так же она «улучшалась» и росла его словоохотливость по мере того, как ему в камеру приносили свежие газеты с иллюстрированными спекуляциями насчёт «роли болгар».

19 ноября 1982 года Агдже дали возможность пролистать телефонный справочник Рима, после чего он порадовал следователей «неопровержимыми уликами» своей мнимой связи с жертвами собственной клеветы, сообщив номера телефонов представителей НРБ. В результате главный следователь отметил в протоколе допроса «дьявольскую, многократно продемонстрированную способность Агджи сочинять ловко составленные, но фантастически невероятные истории».

Попутно Доббс отметил неувязки и в обвинительной версии следствия по делу Агджи. Так, в материалах следствия фигурировала якобы взятая для него напрокат машина, хотя ни малейших следов её регистрации в прокатной фирме не обнаружили. Как сквозь землю провалились и 3 миллиона марок ФРГ, будто бы полученных преступником от болгарских «подельников». Наконец, отсутствовал ответ на вопрос, как «сообщники» объяснялись друг с другом: Агджа не знал болгарского, а оклеветанные им граждане НРБ не владели ни турецким, ни английским, на котором они якобы обсуждали планы покушения.

Тем не менее дело состряпали. Бьюсь об заклад: спроси сегодня любого жителя США, кто и зачем стрелял в папу в итальянской столице на площади Святого Петра, и любой американец, научившийся ко времени описываемых событий читать, без запинки ответит: руку на наместника Бога поднял зомбированный болгарами и русскими турок.

Точно так же, уверен, граждане США в массе своей даже не подозревают, что сам Иоанн Павел II никогда не верил в «болгарский след» (понтифик в этом признался незадолго до своей кончины). И вряд ли кто из американцев помнит высказывание бывшего посла США в СССР Джека Мэтлока, даже если в апреле 2005 года они видели его интервью телекомпании Fox: «После тщательного расследования эксперты (ЦРУ. – Прим. авт.) пришли к заключению, что Агджа был законченным лжецом, что он рассказывал противоречившие друг другу истории и что нет никаких убедительных доказательств того, что за покушением стоял КГБ».

Вашингтон – Москва