Юрий Мамлеев. Голос из ничто. – М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2022. – 304 с. – 2500 экз.
Испытание смертью – ключевое на творческом пути любого писателя. Здесь уже не имеют значения личная харизма, принадлежность к каким-либо литературным тусовкам, умение встраиваться в переменчивые контексты – остаётся только текст во всём многообразии своих смыслов. Основоположник метафизического реализма Юрий Мамлеев испытание смертью явно выдержал. Он скончался почти семь лет назад, но его произведения продолжают переиздаваться.
У Мамлеева вообще сложились особые отношения со смертью – само его творчество рождается из стремления преодолеть её, отвергнуть её материалистическое понимание, познать, куда мы уйдём после этой жизни. В рассказах, вошедших в сборник, писатель пускается в свои «эзотерические заныры», используя смерть в качестве отправной точки, – его герои живут «во смерти» («Яма»), вживаются в неё («Жених»), а то и вовсе сживают её со свету («Ерёма-дурак и смерть»). Бессознательный, а иногда вполне осознанный мистицизм персонажей, порождённый «жаждой иного берега», наполняет весь окружающий мир вплоть до мелочей чем-то если не потусторонним, то хотя бы посторонним.
Литератор и философ Валерий Инюшин определил основной творческий метод Мамлеева как «фантасмагорическую буквализацию» внутреннего мира. Всё сокрытое в человеке писатель вытаскивает наружу в полном объёме – от возвышенных стремлений до низменных желаний. Увязывание таких противоположных категорий пронизывает прозу Мамлеева оксюморонным духом. Однако именно от такого сочетания несочетаемого, когда возвышенное сращивается с низменным, а жизнь неотличима от смерти, усиливается ощущение иномирности. Парадоксален даже сам стиль Мамлеева, ведь запредельные откровения излагаются лёгким языком, не лишённым иронии. Человек, не сведущий в литературе, прочитав первые строчки многих рассказов, мог бы подумать, что имеет дело с незатейливой сатирической прозой, где сейчас будут чихвостить советских граждан за ещё не изжитые пороки, но вместо этого разверзается метафизическая бездна.
Особенность сборника «Голос из ничто» – иллюстрации, выполненные художницей Доротеей Шемякиной. В своих работах она тяготеет к фантасмагории, гипертрофированности, подчёркнутой телесности – такое сочетание вполне соответствует духу мамлеевской прозы. Какой бы эпизод ни изображала Шемякина, на первый план всегда прорывается некая инаковость. Образуется удивительный симбиоз писателя и художницы, где рисунок – это не просто дополнение к тексту, не его графическое переосмысление, а совместное постижение всего «страшного, одинокого, бездного».
Тексты Мамлеева и иллюстрации Шемякиной также роднит ощущение вневременности. Несмотря на весь натурализм рассказов и изображений, они – за исключением незначительных бытовых деталей – не имеют привязки к конкретной исторической эпохе. Главное у Мамлеева разворачивается вовсе не на бытийном уровне. Вторгаясь в сферы инобытия, писатель преодолевает власть времени, а вместе с этим побеждает и смерть.
Александр Москвин
