Николай Петров
Сегодня, вспоминая о писателях в годы Великой Отечественной войны, фамилию Вишневского почему-то редко называют. А ведь автор знаменитой «Оптимистической трагедии», фронтовик, участник обороны Ленинграда, между прочим, был одним из первых советских писателей, награждённых орденом Красного Знамени. А кроме того, в Первую мировую он стал кавалером ордена Святого Георгия.
В этом году исполняется 125 лет со дня его рождения. Всеволод Витальевич Вишневский появился на свет в Петербурге, в семье потомственных дворян. Окончил Первую Санкт-Петербургскую гимназию. В 14 летнем возрасте сбежал на фронт, где стал воспитанником лейб-гвардии Егерского полка. В 1916 м юноша уже замечен в боях под Стоходом – в одной из жесточайших мясорубок того года войны. Получил тяжёлое ранение, был награждён Георгиевским крестом и двумя медалями. Причём царские награды он потом будет демонстративно носить на кителе вместе с советскими орденами и медалями.
В годы Гражданской войны будущий писатель примкнул к большевикам и служил в Волжской флотилии, отличился при штурме Казани. До 1921 года воевал пулемётчиком в Первой конной армии Семёна Будённого. Осенью 1921-го был откомандирован на Балтийский флот и вернулся в Петроград, где и началась его литературная карьера.
Дебютным произведением молодого писателя стала пьеса «Суд над кронштадтскими мятежниками». В 1929 году Вишневский закончил пьесу «Первая конная» о годах Гражданской войны. Её поставили в театре Красной армии и МХАТе, это произведение принесло автору известность. Интересно, что Вишневский любил сам читать свою пьесу при любом подходящем случае: он приглашал к себе домой критиков и коллег-драматургов и с выражением зачитывал отрывки из «Первой конной». Для пущего эффекта стреляя из револьвера в потолок. А следующие пьесы – «Мы из Кронштадта» и «Оптимистическая трагедия» – сделали его знаменитым на всю страну. Тем более что «Мы из Кронштадта» стала основой фильма, снятого режиссёром Ефимом Дзиганом, и популярность картины оказалась вполне сравнима со знаменитым фильмом «Чапаев» братьев Васильевых. Что касается «Оптимистической трагедии», то она тоже была с успехом экранизирована.
Казалось бы, Вишневский – один из виднейших деятелей советской литературы, однако сегодня этот писатель и замечательный драматург незаслуженно забыт.
В 1937 году Вишневский направлен в Испанию в качестве корреспондента «Правды» и члена антифашистского Литературного конгресса, в 1939–1940 гг. – на «зимнюю войну» с Финляндией. Награждён медалью «За боевые заслуги». Годы Великой Отечественной он проведёт в блокадном Ленинграде, возглавляя оперативную группу писателей при политуправлении Балтфлота и работая военным корреспондентом газеты «Правда».
Вишневский оказался участником трагического перехода Балтийского флота из Таллина в Кронштадт в августе 1941 года. Моряки уходили на военных кораблях, гражданское население – на транспортных. Суда были переполнены, люди на палубах стояли, потому что мест, чтобы сесть, просто не было. Немцы начали атаковать советские корабли, когда те ещё стояли на таллинском рейде, и потом беспрерывно бомбили в течение всего перехода. Множество судов было потоплено бомбами или подорвалось на минах. Во время этого страшного перехода утонул писатель Юрий Инге, сброшенный взрывной волной с палубы в воду. Поэт Николай Браун, оказавшись в воде, проплавал больше двух часов. Корабль, который его наконец подобрал, скоро сам был потоплен, и Браун опять оказался в воде. Через несколько часов его снова подобрали и привезли в Кронштадт. К счастью, благополучно добрался до Кронштадта и Вишневский.
Во время войны Всеволод Витальевич начал вести дневник, подробно и хронологически записывал все события, рассказывал о людях, с которыми встречался. Описал скудный ленинградский паёк, уменьшавшийся с каждым днём. Из полусотни его коллег по перу, работавших на кораблях Балтийского флота, к середине 1942 года в живых осталось только 20 человек, остальные погибли или умерли от голода. 21 ноября 1941 года, на 153-й день войны, писатель сделал очередную запись в своём дневнике: «Хлеба мало. Свой завтрак и часть хлебной порции я отдаю…»
Ночью 1 декабря 1941 года почти без сознания, с тяжёлой формой дистрофии Всеволод Вишневский попал в военный госпиталь. Там он вместе с Александром Кроном и Всеволодом Азаровым написал музыкальную героическую пьесу «Раскинулось море широко», поставленную во время блокады Ленинградским театром музыкальной комедии.
Его голос постоянно звучал по радио: «Ленинград не сдаётся. Ленинград дерётся». Он постоянно выступал перед горожанами, поддерживая у них и у солдат боевой дух и желание стоять до конца. Разъезжая по фронтам, Вишневский произносил пламенные обращения, западавшие в душу солдатам. Вот отрывок из одной из его знаменитых речей тех лет:
«Как после бурь и наводнений, как после войн и долгих испытаний неизменно поднимался и хорошел Ленинград, так будет и впредь. Верь этому, товарищ, брат, друг. Ты сын великого, самого великого, поразительного народа, чья мощь, гений и творческие силы необъятны. Всё залечим, всё отстроим. На диво миру развернём такие новые пятилетки, построим такого размаха дороги, каналы, порты, вокзалы, заводы, фермы, города, дворцы и парки – что станет страна наша местом паломничества». И как было не поверить этим словам?
При этом коллегам по перу Всеволод Витальевич запомнился плотным небольшим человеком, очень круглолицым, в морской форме, скромным и застенчивым. У него был негромкий, глуховатый голос. Слова он выговаривал по-петербургски, по-интеллигентски.
В 1945 году Вишневский был направлен корреспондентом в Берлин. Он рядом с генералом армии Чуйковым слушал переговоры с берлинским гарнизоном, записывая всё, чему был свидетелем. Ему довелось стрелять по Рейхстагу и дать залп потом в воздух по случаю капитуляции Берлина…
С 1944 года писатель жил в Москве, возглавляя редакцию журнала «Знамя». При нём на страницах издания появилась необычная для того времени повесть фронтовика Виктора Некрасова «В окопах Сталинграда». Вишневский включил его в список на Сталинскую премию. Именно при нём был также напечатан ряд стихов опальной Анны Ахматовой. А после публикации повести Эммануила Казакевича «Двое в степи» Вишневский окончательно впал у властей в немилость. Он и большая часть сотрудников «Знамени» в итоге были отстранены от работы. Литературные критики стали поносить его за негативное отношение к Булгакову и Зощенко (как известно, Вишневский опубликовал про них в «Правде» разгромные статьи, обвиняя в антисоветских настроениях). Логика его поступков в принципе понятна: советский писатель Всеволод Вишневский во времена царской России был отважным воином, кавалером Георгиевского креста, в Гражданскую смело воевал. Как и многих в то время, его охватила романтика революции, а потому такие писатели, как Булгаков и Зощенко, являлись для него литературными оппонентами.
Что бы ни говорили о Вишневском как о драматурге, его пьеса «Оптимистическая трагедия» до сих пор не сходит со сцен российских театров. А фильм «Мы из Кронштадта» считается классикой советского кино. В то же время поносимый их автором Булгаков – гениальный писатель, который в свою очередь вывел Вишневского в сатирическом виде в своём романе «Мастер и Маргарита» в образе литератора Мстислава Лавровича.
В последней своей пьесе – «Незабываемый 1919-й» (1949) Вишневский вернулся к теме Гражданской войны и обороны Петрограда. Приуроченное к 70-летию Сталина и одобренное им, это произведение, увы, не стало достойным завершением творческого пути нашего героя, хотя и имело большой успех. Рассказывают, что, когда Иосифу Виссарионовичу демонстрировали только что отснятый по пьесе одноимённый фильм, атмосфера в просмотровом зале с каждой минутой становилась все более напряжённой. Как иронизировал один из критиков, «на экране товарищ Сталин неторопливо переходил из одной исторической ситуации в другую, одаряя революцию единственно верными решениями, и тут же суетился Владимир Ильич, то и дело озабоченно произносящий: «По этому поводу вам надо посоветоваться с товарищем Сталиным», – всё было путём, но лицо вождя, сидевшего по обыкновению в заднем ряду с погашенной трубкой, порождало у присутствующих всё более тревожные предчувствия. И когда фильм закончился, товарищ Сталин с трудом поднялся и, ни на кого не глядя, произнёс с напором: «Нэ так всо это было. Савсэм нэ так».
Фильм, впрочем, прошёл по экранам страны с успехом и получил все полагающиеся премии… И вообще – без такого писателя ХХ век был бы неполным.
…Осенью и зимой 1950 года Вишневский перенёс два инсульта, лишился речи. Умер и похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.
