Ефим Гаммер. Стиходжаз. – Москва: издательство «СТиХИ», 2021. – 44 с., ил. – Серия «Сингл» (The Single). – Книжные серии товарищества поэтов «Сибирский тракт».
…таинственна старая Рига: город предельного пространства, стянутого к различным местам, рождающим ассоциации:
В Старой Риге, возле синагоги,
наплывает детских мыслей дым.
Здесь сбивал я о булыжник ноги –
босиком бежал в Иерусалим.
Не сбежать до времени из детства,
приведут дороги в новый дым.
Замкнут детством? Никуда не деться,
и теперь, как встарь, – в Иерусалим.
«Стиходжаз» – так называется новая книга стихов Ефима Гаммера; стиходжаз разливается различными мелодиями, взрываясь синкопами, мускульно сжимая строки, и… словно волшебная бабочка блика, означенная на условном саксофоне, взлетает, становясь реальностью – ибо поэзия всегда работает с субстанциями столь зыбкими… почти невозможными.
Одна из миссий ее – выражение невыразимого.
Я люблю простую нашу жизнь,
миражи изменчивого мира,
хитроумность неискусной лжи,
лотерейный дух чумного пира,
вседозволенность свободного пера,
притягательность неведомого быта,
Дон Кихота и Багдадского вора,
Клеопатру и Семирамиду.
Я люблю простую нашу жизнь,
С Львом Толстым, Хемингуэем, Прустом.
Скину гири. На межи – во ржи
пусть стоят, чтоб не было там пусто.
Есть высокая простота: именно о ней повествует и поет стихотворение; есть видимость простоты, скрывающая нечто очень сложное, корневое, хребтовое; и, декларируя пристрастие к простоте, Гаммер тотчас вычерчивает вовсе не простые линии, протянутые в вечность…
Стих поэта скульптурен: он использует твердые материалы яви, сложно поддающиеся обработки.
Стих, отчасти пунктирен: в своеобразных разрывах вспыхивают новые и новые огни; и ткется собственная реальность поэта – столь же неповторимая, сколь и яркая.
Стих Гаммера ажурен – и напоен воздухом духа:
И там, и здесь,
в пространстве немоты,
где метрономы
тормознули время, –
ни воздуха,
ни хлеба, ни воды,
а люди безъязыки,
эхо немо.
Не оглянуться,
не шагнуть вперед,
не раздвоиться,
не родиться снова.
Да кто же я?
Представьте, я – народ.
И что мне зрелища,
когда в начале – слово?
Изначальность слова проведена чистотою дыхания мелодии, и собственная принадлежность к народу дана на онтологическом порыве подлинного осознания себя.
Тематическая амплитуда Гаммера велика: и стихотворение, трактующее пространство, где обитает душа, своеобразно перекликается с подмосковным видом, купаемом в дожде конкретным моментом.
Гаммер фиксирует момент точно: всякий момент, ставший стихотворением; и точность эта дополнительно свидетельствует в пользу подлинности дара.
В цикле «Освобождение» поэт выступает как метафизик, осмысливая через образный строй коренные понятия яви, и – запредельности.
«Стиходжаз» крепко звучит: сильно, ясно: гирляндами смыслов, словесным огнём, и мерой гармонии, которая, должна осветлять пространство…
Александр БАЛТИН